Вернуться   Таки Одесский Форум - Форум настоящих Одесситов > Общество > Поговорим за Одессу > Старая Одесса

Важная информация

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 30.01.2020, 21:05 Вверх   #101
Михалыч
Старожил
Архивариус Форума
Пульсар ТОФа
 
Аватар для Михалыч
 
Одесса
Сообщения: 3,431
Репутация: 5078
Пол: Мужской
По умолчанию

Цитата:
В качестве камер-юнкера служил при дворе Петра III
Петра убили в 1762. Разумовский родился в 1775.
Маленькая ложь рождает большое недоверие.
__________________
"И это пройдет..."
Михалыч вне форума   Ответить с цитированием
Старый 30.01.2020, 23:46 Вверх   #102
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию

ВАЛЕНТИН ПЕТРОВИЧ КАТАЕВ

Один из наиболее ярких представителей юго-западной школы родился в Одессе 28 января 1897 г. в доме на улице Базарной, 4. Его отец – Петр Васильевич Катаев – сын священника из Вятки, мать Евгения Ивановна – дочь полковника Бачея (по семейной версии, Бачеи были родственниками Н.В. Гоголя). В 1902 г. в семье Катаевых родился второй сын Евгений (будущий Евгений Петров). В 1903 г. мать умерла, и детей помогала воспитывать ее младшая сестра, Елизавета Бачей. Семья неоднократно меняла квартиры, они жили на ул. Канатной, 85; Пироговской, 3; Уютной, 7 (по новой нумерации – 8); Отрадной, 10 (здание не сохранилось); Успенской, 2.

Катаев учился в Пятой мужской гимназии, начал писать стихи с 9 лет, первое стихотворение было опубликовано в 1910 г. В 1911 семья Катаевых побывала за границей – в Италии. Спустя год, в 1912, вышла первая маленькая книга – рассказ о пасхальном поцелуе. В 1915 году Катаев поступил вольноопределяющимся в действующую армию, до лета 1917 служил в 64 артиллерийской бригаде, дважды ранен, награжден орденом Св. Анны IV степени.

В конце 1917 Валентин Катаев вернулся в Одессу и стал одним из самых активных участников литературной жизни. По воспоминаниям современников, именно он организовал один из наиболее известных литературных кружков того времени – “Зеленую лампу”. Во время смен властей в 1919 ему пришлось воевать и в Красной (летом) и в Добровольческой (осенью) армии. Как позднее вспоминал сам Катаев, и сидеть ему пришлось и в контрразведке, и в чрезвычайке. Весной 1920 г. Катаев и его младший брат были арестованы ЧК, и освобождены летом того же года (по воспоминаниям, их спас писатель Андрей Соболь). После освобождения Катаев работал в ЮгРОСТА, а затем вслед за В. Нарбутом, руководившим ЮгРОСТА, Катаев и Олеша в 1921 переезжают в Харьков (в те годы столицу Украины).

С 1922 г. жил в Москве. Катаев работал в газете железнодорожников “Гудок”, его фельетоны выходили под многочисленными псевдонимами (один из них “Старик Саббакин” стал шутливым прозвищем). В комнате Катаева в Мыльниковом переулке находили приют на первых порах все друзья-одесситы, перебиравшиеся в Москву.

Катаев печатался в газетах “Правда”, “Труд”, “Накануне”, “Рабочей газете”, журнале “Крокодил”. Выходят книги его рассказов, повесть “Растратчики” (1926), он становится драматургом – написанные в 1928 году пьесы “Квадратура круга” и “Растратчики” (по мотивам повести) шли на сцене МХАТ и за границей. В 1932 был на строительстве Магнитогорска, описанном в повести “Время, вперед!”. Повесть “Белеет парус одинокий” (первая часть эпопеи-тетралогии “Волны Черного моря”) написана в 1936. Это первая из книг автобиографического “одесского цикла”. Героями ее становятся семья Катаевых, в книге он использует фамилию матери – Бачей. Как писал позднее сам автор, он хотел “скрестить Пинкертона с Буниным” – развлекательный сюжет с отточенным литературным языком. Катаев был одним из наиболее успешных писателей одесской школы в 1930-е гг. Одно из наиболее известных в те годы его произведений – повесть о Гражданской войне на Украине “Я, сын трудового народа...”, написанная в 1937. По ее мотивам была написана опера С. Прокофьева “Семен Котко”.

Во время Отечественной войны Катаев работал в Радиокомитете и в Совинформбюро, был военным корреспондентом “Правды” и “Красной звезды”. В 1946 получил Сталинскую (Государственную) премию за повесть “Сын полка”. В 1948 он пишет продолжение “Белеет парус одинокий” – повесть “За власть Советов” (“Катакомбы”) (4-я часть тетралогии “Волны Черного моря”) – об оккупации Одессы и борьбе подпольщиков. Повесть подверглась резкой критике, в том числе за недостаточно ярко выраженную роль партии в руководстве подпольем. В 1951 г. Катаев написал второй вариант повести. Вторая часть тетралогии “Хуторок в степи”, где вновь использованы реальные события из жизни семьи Катаевых (поездка в Италию) вышел в 1956 г., третья – “Зимний ветер” – о Гражданской войне, с описанием романа с Ирен Алексинской – вышла в 1961 г.

В 1955-1961 гг. Катаев был главным редактором журнала “Юность”. Оставил пост главного редактора по собственному желанию, чтобы без помех заняться литературной работой. Именно катаевская “Юность” стала стартовой площадкой молодых поэтов и прозаиков – шестидесятников.

Начиная с повести “Маленькая железная дверь в стене” (1964) В. Катаев использует стилистику, названную им “мовизмом” (от французского слова “плохой”). В основе его следующих книг использованы реальные события биографии писателя и его предков. Сюрреалистические сдвиги – времени, свобода ассоциаций.

Так написаны “Святой колодец” (1965), “Трава забвенья” (1967) – о встречах с И. Буниным и В. Маяковским, “Кубик” (1969), “Разбитая жизнь или волшебный рог Оберона” (1972) – о детстве и Одессе начала века, “Кладбище в Скулянах” (1975). В повести “Алмазный мой венец” (1978) под прозрачными псевдонимами выведены одесские и московские писатели, события литературной жизни Одессы и Москвы 1910–20-х гг. Одно из самых известных произведений – “Уже написан Вертер” (1980). Впервые после 1920-х годов в советской литературе появляются сцены казни в ЧК. При жизни Катаева повесть была опубликована только один раз – в журнале “Новый мир”, и не вошла в собрание сочинений. “Юношеский роман моего друга Саши Пчелкина, рассказанный им самим” (1982) вновь описывает (уже без политизированности) историю романа с Ирен Алексинской. Последние повести В. Катаева “Спящий” (1984) – об Одессе времен Гражданской войны, “Сухой лиман” (1986).

После бесцветной прозы тридцатых-пятидесятых годов Валентин Катаев вновь, как и в двадцатые годы, доказал, что он блестящий стилист, большой русский писатель.

В.П. Катаев – Герой Социалистического Труда (1974), награжден тремя орденами Ленина, орденами, медалями. С 1973 г. он член-корреспондент Майнцской академии (ФРГ), с 1976 – член Гонкуровской академии (Париж).

Умер Валентин Петрович 12 апреля 1986 года в Москве, похоронен на Новодевичьем кладбище.

Один из переулков Одессы назван именем Валентина Катаева.

На доме по ул. Базарной, 4, где родился Валентин Петрович, установлена мемориальная доска.

12 апреля 2013 года на фасаде Одесского аграрного университета (ул. Пантелеймоновская, 13) открыта мемориальная доска братьям Катаевым – Валентину и Евгению (он же Евгений Петров) – именно здесь располагалась 5-я мужская гимназия, в которой учились литераторы.

Алена Яворская, заместитель директора по научной работе
Одесского литературного музея

2 сентября 2017 года, к 223-летию со дня основания Одессы, на Аллее Звезд появилась новая звезда – в честь Валентина Петровича Катаева.

Источник: odessa-memory.info (проект Всемирного Клуба Одесситов "Они оставили след в истории Одессы")

Фото 5: Э. Багрицкий, В. Катаев, Я. Бельский. Одесса, 1925 г.

#ЭкскурсиипоОдессе, #ВалентинКатаев, #ЛитературнаяОдесса, #МестовстречиОдесса



Скрытый текст:












__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 14.02.2020, 00:58 Вверх   #103
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию


Я всегда знал, что наступит день, когда можно будет рассказать об этом замечательном человеке, Капитане, моем учителе и старшем друге.

О нем и его детище – теплоходе “Одесса”. Потому что разделить их просто немыслимо.

Сотрутся имена тысяч, миллионов людей, в том числе и тех, кто пытался его уничтожить. Пусть простит им Бог. Если сможет. Но в истории Одессы и флота навсегда останется звучащее гордо имя – Вадим Николаевич Никитин, капитан теплохода “Одесса”.

Сразу после окончания ОВИМУ я пришел 4-м помощником капитана на “Аджарию”, судно, которым тогда командовал Вадим Николаевич.

Это было время бурного развития пассажирского флота и деятельности целого созвездия пассажирских капитанов: что ни капитан, то имя. Еще работали Д.И. Сорока, Э.Ш. Гогитидзе, М.И. Григор, в расцвете сил находились С.Л. Дондуа, Ф.М. Дашков, Б.С. Кисов, уже достаточно опытными были А.Н. Назаренко, Е.К. Балашов, Е.А. Таренков, В.Г. Стебновский.

Чуть ли не самым молодым, но отнюдь не робким, в этой великолепной плеяде был Никитин.
Фанатично преданный своему делу, честолюбивый и необычайно трудоспособный, не случайно именно он был назначен капитаном на приемку нового судна. Это была “Одесса”.


Теплоход “Одесса”

Мне посчастливилось попасть на месяц в Англию в качестве переводчика приемочной комиссии. Приемка оказалась сложной. Респектабельные англичане, как заправские наперсточники, пытались нас надуть и всучить все неликвиды верфи.

В первый же вечер мы уехали из Барроу с кучей счетов, касающихся ремонта и закупок снабжения. Почти всю ночь разбирались и пересчитывали, а когда наутро выдали им свои расчеты, те просто были потрясены. Так продолжалось три недели. Уже после первой нас “зауважали”, и клерки, которые вначале вели все переговоры, впоследствии подавали кофе и уносили пепельницы. Причиной была позиция капитана, совершенно бескомпромиссно и бескорыстно отстаивавшего интересы судна и пароходства, хотя куда как проще было “не рвать сердце” и, как минимум, спокойно отсидеть месяц, исправно получая командировочные.

Честный и порядочный, Вадим Николаевич с брезгливостью относился к стяжательству и стяжателям. Те, кто в этом сомневался, не говоря уже о других, кто “шил дело”, либо заблуждались, меряя все на свой аршин, либо, если речь о последних, потому и убивали, что он был не таким, как они.

Впрочем, не о них... В декабре 1975 года “Одесса” отправилась на американский рынок. С выходом из Одессы, по распоряжению Вадима Николаевича, весь экипаж стал питаться в ресторане, а для официанток началась школа обслуживания, которой впоследствии так славилась “Одесса”. Кстати, сам Никитин исключительно хорошо разбирался в сервисе и после пяти лет работы на американской линии написал об этом книгу, которую так и не издали: ведь он уже попал в опалу. Но это было потом. А тогда, в декабре 1975-го, мы подходили к Новому Орлеану, испытывая решимость не ударить в грязь лицом и легкий мандраж от предстоящей работы на рынке, которого практически никто не знал. Известно было лишь, что из Нового Орлеана на Карибский бассейн с американскими туристами уже ходят три судна, следовательно, конкуренция предстоит нешуточная. В этом пришлось убедиться сразу же, с приходом. Судовой агент сообщил, что существует угроза срыва рейса, поскольку на день выхода в первый круиз запланированы демонстрация и пикеты в знак протеста против антисемитизма в СССР.

Но они еще не знали Никитина. В этот же день на судно были приглашены мэр города, представители общественности и деловых кругов, журналисты и телевизионщики. Состоялся банкет на 250 человек. Все приглашенные, представьте себе, заинтригованные возможностью впервые увидеть “этих загадочных русских”, пришли, а среди них чуть ли не добрая половина тех, кого мы раньше называли “американскими сионистами”.

После украинского борща, русских блинов с икрой и рюмки водки, хороших стейков, а затем концерта экипажа под одесское шампанское перед гостями выступил... нет, не капитан, а его старший пассажирский помощник Владимир Семенович Добродеев.

Небольшого роста, умница, с тембром Левитана, оксфордским прононсом и одесскими юмором и сообразительностью, он покорил аудиторию, и американцы поняли, что “Одесса” – это “их” пароход. Вы не поверите, но на следующий день демонстрация все же была, но совершенно иного свойства: сотни американцев, узнав из утренних газет о приходе русского судна, пришли провожать нас в первый рейс. Конечно, вы поняли, что автором сценария был Вадим Николаевич Никитин, большой дипломат в этих вопросах.

И с первого же дня мы вместо серьезных осложнений получили отличную рекламу, что помогло впоследствии избавиться от конкурентов: уже на следующий год все три судна, работавшие из Нового Орлеана, вынуждены были уйти, а к “Одессе” присоединился “Казахстан”, который с 1976 года вместе с нами делал круизы с американскими туристами.


Можно только добавить, что, если вначале цена на билеты в среднем составляла 47 долларов с пассажира в сутки, то в 1981 году, когда Никитина “ушли”, эта цифра достигла 135 долларов.

Прямое и самое активное участие в составлении контрактов с инофирмой принимал Никитин, который, что и говорить, был еще и превосходным коммерсантом.

Вадим Николаевич любил повторять: “Пассажирский флот – это в первую очередь безопасность, а во вторую – представление”.

И подкреплял эти слова высокой требовательностью во всем, что касалось безопасности судна и пассажиров: “Море не прощает ошибок”.

Когда Никитин в последний раз покидал “Одессу” в Новом Орлеане 19 мая 1981 года, по трансляции на все судно включили эту песню.

Уже начался ужин для пассажиров, но официантки, на этот раз забыв о них, прильнули к огромным стеклам иллюминаторов ресторана. По лицам текли черные от туши слезы. Остальной экипаж высыпал на шлюпочную палубу. Никитин, стоявший уже на причале, поднял голову и помахал рукой.

Теперь на прощанье на судно взгляните:

“Одесса” – красавица, милый наш дом.

Не падайте духом, Мастер Никитин,

Мы здесь вас дождемся, мы не подведем, – звучало из динамиков. Я эту сцену запомнил на всю жизнь. Мы не дождались капитана, и большинству не было суждено вернуться на судно: экипаж расформировали. И почти каждый, работавший на “Одессе”, пострадал: людей долгое время оставляли без работы, многих лишили визы, а многих просто уволили. Но и теперь, встречаясь и вспоминая годы, проведенные на “Одессе”, мы считаем их лучшими в нашей жизни.

Я не хочу чересчур подробно останавливаться на последних десяти годах его жизни, хотя именно эти годы дают мне право называть Вадима Николаевича своим старшим другом.

Тем, кто лишил его любимого дела и детища – “Одессы”, этого показалось мало. Уничтожали его методично и со знанием ремесла: по сфабрикованному обвинению судили, в состоянии гипертонического криза выписали из больницы, исключили из партии, понизили в должности до второго помощника, а потом вообще уволили из пароходства и, уже работавшему на Севере в Тикси, на небольшом лесовозе “Кигилях”, запретили проходить Беринговым проливом, дабы вплавь не сбежал в Америку. Запретили ему, до мозга костей русскому моряку, настоящему патриоту своей Родины.


В 1991 году он прошел обследование в кардиологическом центре в Москве и ему рекомендовали, не откладывая, ложиться на операцию сердца. Но предстоял рейс в Германию с представителями деловых кругов России на пассажирском судне “Мария Ермолова” Мурманского пароходства. Это был первый, спустя десять лет унижений, рейс с выходом за границу. Никитину принадлежала идея этого рейса, он сам разрабатывал его маршрут.

К тому же, Вадим Николаевич рассчитывал найти поддержку другого своего проекта – рейса с пассажирами через Северный морской путь: ведь волею злой судьбы он стал и классным арктическим капитаном...

Перед рейсом, поддавшись на уговоры друзей, уверявших: мол, все уже переменилось, – он, смирив гордость, написал рапорт на имя начальника ЧМП с просьбой о восстановлении в пароходстве. К этому времени Вадим Николаевич был полностью реабилитирован, ему было возвращено звание капитана. Ответ, полученный уже в рейсе, был жестоким и циничным: “Считаю нецелесообразным”.

Смерть наступила ... на капитанском мостике во время швартовки в порту Архангельск. Рейс завершился успешно, но сердце не выдержало. Незадолго до этого Никитину исполнилось 56.

В. Воробьев, капитан дальнего плавания

__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 18.02.2020, 20:23 Вверх   #104
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию

Дондуа Сергей Леванович (1922-1999)


Сергей Леванович Дондуа – капитан дальнего плавания, Герой Социалистического Труда.

Родился 1 июля 1922 года в городе Тифлис (ныне – Тбилиси, Грузия) в семье служащего. Детство провел в Ялте. В 1941 году окончил в родном городе среднюю школу № 3 (ныне – № 7). В годы Великой Отечественной войны воевал на Черноморском флоте; служил на сторожевом катере.

В 1948 г. окончил Одесское мореходное училище – старейшее морское учебное заведение города (бывшее училище торгового мореплавания). Во время учебы ходил на судне “Иван Сусанин” (передано ОМУ в 1945 г.).

Дондуа много лет работал в Черноморском морском пароходстве (ЧМП). На каком бы судне ни ходил Сергей Леванович, ему всегда были присущи высокое организаторское и судоводительское мастерство, инициатива в работе и скромность. Он был капитаном грузового парохода “Карл Маркс” (ранее “Диана” РОПиТа), пассажирских теплоходов “Белоостров”, “Литва”, “Тарас Шевченко”, легендарного теплохода “Максим Горький”.

Скрытый текст:

“Белоостров”


“Карл Маркс” (“Диана” РОПиТа)


“Литва”


“Тарас Шевченко”

“Максим Горький” был построен в ФРГ в 1969 году под названием “Гамбург” для трансатлантической линии Гамбург – Нью-Йорк. В связи с резким повышением цен на топливо в начале 1970-х гг. корабль оказался нерентабельным и в 1973 г. был продан другой немецкой компании для выполнения круизов. У нового владельца корабль также оказался нерентабелен и был выставлен на продажу. В 1973 г. с участием теплохода (под названием “Британник”) был снят фильм-катастрофа “Джаггернаут”.

В начале 1974 г. корабль был приобретен Советским Союзом и передан в ЧМП для эксплуатации в качестве круизного лайнера. С введением “Максима Горького” в советский флот он сразу стал флагманом ЧМП и одним из двух флагманов советского пассажирского флота наряду с теплоходом “Михаил Лермонтов” Балтийского пароходства. Почти с момента приобретения теплоход был передан во фрахт самой крупной немецкой круизной компании “Неккерманн”, с которой он завоевал огромную популярность на немецком рынке. Основной контингент немецких туристов составляли пожилые люди. В беседе они подчеркивали, что уровень обслуживания на “Максиме Горьком” не уступал, а кое в чем даже превосходил лучшие пассажирские лайнеры мира, на которых они плавали. Сергей Леванович Дондуа был первым капитаном “Максима Горького” и командовал им с 1974 по 1986 год. За это время немало испытаний выпало на долю судна и его капитана.

В ноябре 1975 г. события фильма “Джаггернаут” неожиданно стали реальностью, когда была предпринята попытка потопить судно. Установленные во время ремонта в Сан Хуане две бомбы взорвались ниже ватерлинии уже на подходе к Нью-Йорку. Ремонт производился в Хобокене.


В том же Нью-Йорке 18 сентября 1980 года местные власти не разрешили советскому лайнеру войти в порт в связи с вводом советских войск в Афганистан. Ему пришлось стать на якорь у Статен-Айленда, а пассажиров на берег доставили портовые суда. Экипажу был запрещен выход на берег, на судне возникла проблема с питьевой водой. Об этом писала газета “Правда”, у Посольства США в Москве состоялась демонстрация протеста.

В 1986 году с судна сбежала официантка, бывшая по совместительству буфетчицей капитана. После побега официантки руководители ЧМП и ММФ приняли решение расформировать экипаж теплохода. Капитан Дондуа, который не мог защитить команду, понимая свое бессилие перед чиновниками ММФ, парткома и КГБ, написал заявление об увольнении из пароходства. Вновь назначенный начальник пароходства, переведенный в ЧМП из Измаила, не разобравшись в сути проблемы, подписал заявление об увольнении из пароходства лучшего капитана пассажирского флота.

Но приятных моментов в биографии “Максима Горького” и его команды было намного больше. Так, 25 апреля 1976 года в порту Санта-Крус де Тенерифе теплоход встретился с лайнером “Белоруссия”, в числе пассажиров которого были Владимир Высоцкий и Марина Влади. Капитан Сергей Дондуа пригласил в гости на борт своего судна капитана “Белоруссии” Феликса Дашкова и его знаменитых пассажиров. Те с радостью приняли предложение.


На палубе теплохода «Максим Горький». Павел Пьянов, Марина Влади, капитан теплохода Сергей Дондуа, Владимир Высоцкий, Феликс Дашков, И. Зайцев. Апрель 1976 г.

В июле 1978 г. Владимир Высоцкий навестил Сергея Дондуа в Гавре. Капитан, зная, что не скоро встретится с супругой, попросил артиста передать ей весточку в Москву. Высоцкий охотно согласился быть “почтальоном”, так как хорошо знал дом капитана. Но вероятно забыл номер квартиры и долго ходил по двору, спрашивая о капитане. Только упомянув капитанского пуделя, наконец, получил номер нужной квартиры.


1 июня 1982 года, в день 60-летия, капитану С.Л. Дондуа было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Также за свою трудовую деятельность он был награжден орденом Ленина (1963), Трудового Красного Знамени, Октябрьской Революции (1976), удостоен звания Лучший капитан Министерства морского флота СССР.

С.Л. Дондуа воспитал целую когорту молодых капитанов. Он был наставником Александра Назаренко (т/х “Шота Руставели”), Евгения Балашова (т/х “Казахстан”), Юрия Хромых (т/х “Одесса”) и мн. др.

Скончался Сергей Леванович Дондуа в 1999 году.

В Одессе на фасаде здания Одесского мореходного училища им. А.И. Маринеско (ул. Канатная, 8) в память о выдающемся капитане установлена мемориальная доска. На доске рядом с рельефным профилем С.Л. Дондуа изображен легендарный теплоход “Максим Горький”.


Вероника Драгун, искусствовед
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 11.03.2020, 12:48 Вверх   #105
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума
Рыба золотая
Звезда ТОФа
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 35,326
Репутация: 31036
Пол: Женский
По умолчанию

11 марта 2020 г. исполняется 90 лет со дня рождения Бориса Давидовича Литвака


https://youtu.be/M1smh1TKP-4
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Старый 14.07.2020, 07:49 Вверх   #106
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию





Чекист, карикатурист, писатель, журналист и жертва репрессий: история одессита Якова Бельского

Одесса всегда славилась своими жителями, которые, покинув родной город, делали блестящие карьеры. Большинством одесситы реализовывали себя в Москве как Утесов и Жванецкий, в годы независимости Украины наши земляки разлетелись по всему миру и был создан Всемирный клуб одесситов. Однако есть люди, которые сделали блестящие карьеры, но вспоминать о них в нашем городе не принято, а многих уже и позабыли. Среди них - Лев Мехлис, которого сам Сталин называл страшным человеком, Один из организаторов массовых репрессий тридцатых годов Андрей Вышинский, реформатор системы ГУЛАГа Нафталий Френкель и Яков Бельский.

Кем за свою жизнь был Яков Бельский (настоящая фамилия Биленкин) - можно перечислять долго. Родился он в 1897 году, вырос и жил на Базарной, между Екатерининской и Ришельевской. Папа был страховым агентом, мама домохозяйкой. Перед началом Первой Мировой войны он поступает в художественное училище - в Грековку - на техника-архитектора.

В возрасте 20 лет его призывают в армию - идут последние месяцы войны. Однако русский фронт уже расползается - везде верховодят солдатские комитеты и большевики пропагандируют против войны. Яков возвращается домой, в Одессу. Тут он входит в состав «Красной гвардии». Это были отряды ополчения из рабочих и бывших солдат, которые присматривали за порядком на улицах и помогали устанавливать красную власть.

Далее известно, что Бельский бежал из Одессы, где-то в районе Киева занимался подпольной работой, потом возвращался в наш город, позже скрылся в подполье. Это зависело от того, какая власть на текущий момент была в городе - а власть менялась часто. За это время Яков Бельский успел побыть подпольщиком, карикатуристом при красной администрации, руководил художественным отделом при советском армейском подразделении - то есть рисовал пропагандистские плакаты. Еще - в качестве разведчика внедрился в подпольную организацию белых офицеров.



Когда в феврале 1920 года из Одессы уходит последний пароход с белыми и тут окончательно устанавливается советская власть, Бельский пошел работать в ЧК. Он был разведчиком, боролся с контрреволюцией, отвечал за разведку в губернии. Уже позже, став писателем, Яков Бельский опишет, как он ловил в лесах Балтского района атамана Заболотного:

«Допрашивал сам Семен, убивал Фотий. Медленно и спокойно сначала вырезывали на груди звезду, выкалывали глаза, а потом «Стреляли из «утынка» в голову или давали «сашкой» по шее. Раньше Семен дрался вместе с красными партизанами против гетмана, а потом пошел сам против Советов. Авторитет у мужиков он имел большой. Все видели, как он с фронта приехал с красной ленточкой, помнили, как бил гетманскую варту, а тут спасает от продразверстки и «жид...кой коммуны. И шли за Семеном, куда вел, и делали, что прикажет.

Пилили длинные стволы винтовок, переделывая в обрезы, по-местному в «утынки», через плечо, на веревках вешали ржавые шашки без ножен, а начальный люд привинчивал к тяжелым и неуклюжим мужицким сапогам длинные, громко звенящие шпоры. Кулачье поставляло лихих коней и тачанки, а остальное доставляли постепенно, промышляя разбоем на лесных тропинках и убивая одиночных красноармейцев. Завелись в банде пулеметы, наганы и гранаты», - писал Бельский

Однако известен более Яков Бельский не этим. В лесах Одесской области да и в общем Юга тогдашней Украины хватало шаек, банд и атаманов. Осенью 1920 года Бельский вытащил из тюрьмы ЧК Валентина Катаева и его брата. Один попал за решетку как бывший белый офицер и участник антисоветского заговора, а второй как его родственник. Бельский случайно зашел на допрос и увидел там старого знакомого. Валентина Катаева он хорошо знал по поэтическим вечерам.

Кстати, Катаев на тот момент действительно состоял в антисоветском подполье и участвовал в подготовке белого десанта в Одессу. Похоже и на то, что этот заговор был инспирирован ЧК и являлся провокацией. Все участники заговора, кроме братьев Катаевых и белого офицера Федорова, были расстреляны. А Федорова спас легендарный конный рубака Григорий Котовский - в качестве благодарности. Отец Федорова за 4 года до того спас на тот момент уголовника Котовского от повешения.

Спустя годы Валентин Катаев прославится как писатель - а более всего книгой «Белеет парус одинокий». Его брат, взявший псевдоним Евгений Петров, напишет в соавторстве с Ильфом «12 стульев» и «Золотого теленка».

В своих мемуарах театральный критик Мацкин рассказывал, как он позже работал с Бельским в харьковской редакции и как-то, зайдя к нему в гости домой, заметил на стене фотографию Катаева с дарственной надписью от самого Катаева - такой-то вернул мне жизнь.

Уже в восьмидесятых сын Валентина Катаева расскажет одесскому краеведу Александру Розенбойму, что отца посадили в ЧК и второй раз и снова он был спасен Бельским.

Как пишут, в Одесском Литературном музее есть общая фотография двадцатых годов - рядом Валентин Катаев, Яков Бельский и поэт Эдуард Багрицкий.

В начале двадцатых Бельский уходит из ЧК - получив в награду за хорошую службу часы. Знакомым он говорит, что ему не нравится охота на людей.

Поэтому Бельский выбирает очень удобный момент - ЧК тогда реорганизовывали и его уход не вызвал особых вопросов. Он уехал в Николаев, где печатал в местных газетах и журнале мало кому еще известного Бабеля. После крупного скандала с попыткой отбить осужденных по «левому» делу, Бельскому пришлось уехать в Харьков. Там он работал журналистом и карикатуристом, спас от тюремных сроков еще пару человек. Судя по всему, прошедшие Гражданскую войну и работу в ЧК люди были весьма сплочены и для помощи кому-то хватало одного звонка.

Впрочем, и в Харькове Бельский не засиделся и уехал в Москву — и сходу устроился в главный всесоюзный журнал карикатуры и фельетонов «Крокодил».

Там Бельский регулярно становится фигурантом доносов. Несдержанный на язык карикатурист постоянно рассказывал антисоветские анекдоты и травил шуточки. Причем таких остряков в редакции собралась целая компания - и все или почти все были членами партии. На горизонте было видно зарево - уже проходили дела по вредителям. Но Бельского это не пугало. После увольнения за политическую неблагонадежность из «Крокодила» Яков работал в газете «Вечерняя Москва», в министерстве внутренней торговли - и продолжал шутить.

В 1936 году был арестован его друг, тоже карикатурист. Друг имел неосторожность в компании на квартире у Бельского прочесть антисоветскую эпиграмму, упомянув «всесильного сатрапа». Друг был арестован, Бельский отказался дать на него показания. За шутку друг уехал в лагерь на три года, позже был там же расстрелян.

Бельского не тронули, однако тучи над ним сгущались. Яков понял, что заигрался. Вполне возможно, что ему надо было снова переехать - уже не в соседнюю республику, а подальше. Например, на Северный Кавказ или в Среднюю Азию. Но он остался, разве что нигде не работал, старался не «отсвечивать». Почти ни с кем из старых знакомых не общался, кроме бывших одесских чекистов.

Арестован он был в июле 1937 года, месяцем ранее НКВД задержало его бывшего начальника - экс-главу Одесского ЧК Макса Дейча. Бельский проходил по делу "троцкистско-зиновьевских террористов", убивших Кирова и обвинялся в планах нападения на товарища Сталина.

Расстрелян он был 5 ноября того же года. Реабилитирован в 1990 году. Кстати стукача, давшего на него показания, тоже взяли и расстреляли месяцем ранее.


Бельский перед расстрелом

Сейчас в Москве снова вспоминают Якова Бельского. Ему в рамках проекта «Последний адрес» установили памятную доску, как жертве массовых репрессий. Часть общественности была против этого, указывая на то, что Бельский сам служил в ЧК. В архивах Одесского национального университета хранятся документы, согласно которым Бельский (инициалы не указаны, но вряд ли в то время в Одесской ЧК работали два Бельских) писал заключение по делу, в котором дал резолюцию о необходимости расстрела одной из подозреваемых в контрреволюционной деятельности. Однако табличка в память о Бельском на Петровке все-таки появилась.

Автор: Максим Войтенко
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 16.07.2020, 12:43 Вверх   #107
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию

109 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ «ОДЕССКОГО СОКОЛА»: ГЕРОЯ СССР ВЛАДИМИРА ХОРОШИЛОВА



109 лет назад, 15 июля 1911 года, в Одессе родился будущий Герой Советского Союза, лётчик Владимир Александрович Хорошилов.

Володя Хорошилов был обычным одесским мальчишкой. Отучился в железнодорожной школе, работал на опытной сельскохозяйственной станции, стекольном заводе, а затем в институте генетики и селекции. Был призван в армию, где и окончил школу военных пилотов.

Звание Героя Советского Союза Хорошилов получил еще за участие в Советско-финской войне, во время которой был командиром звена 48-го скоростного бомбардировочного авиаполка 18-й бомбардировочной авиабригады 7-й армии Северо-Западного фронта. Он летал на самолёте «СБ». Совершил 45 боевых вылетов на бомбардировку войск и оборонительных рубежей противника.


Владимир Хорошилов
С 1941 года он уходит на фронт Великой отечественной войны.

Хорошилов был всегда неплохим летчиком: умелым, грамотным, рассудительным. Каких, в общем, немало. Но в характере Владимира были черты человека мужественного, хладнокровного, незаурядного. Может, не очень заметные в мирных буднях, они ярко проявились, когда смертельный риск стал обычным спутником жизни офицера-авиатора.

В одном из боевых вылетов, когда, отбомбившись, Хорошилов уже готовился разворачивать свою машину и вести звено «домой», на свой аэродром, один мотор был буквально разворочен прямым попаданием. Самолет резко сбавил скорость. Разрывы зенитных снарядов тут же окружили утративший возможность маневра самолет. Осколком перебило управление элеронами. Через несколько секунд в щепки разлетелась лыжа. Но врагу достались только падающие с высоты обломки двигателя и лыжи. Самолет упрямо тянул за линию фронта. Старший лейтенант Хорошилов привел звено на свой аэродром и чудом посадил искалеченный самолет. Спае экипаж и машину. Техники, насчитав в ней 23 пробоины, поздравили летчика со вторым рождением. А он торопил их, просил поскорей восстановить машину. Через день, на залатанном самолете, Хорошилов вновь поднялся в воздух.


Владимир Александрович Хорошилов
Звено Владимира Александровича совершило 135 вылетов, выполняя боевые задания только на «отлично». Даже облачность высотой 300—400 метров при видимости не более 500 не могла служить помехой пилотам хорошиловского звена, которое считалось лучшим в полку.

Это был монолитный коллектив. Оторваться от своих, поломать боевой порядок, оставить товарищей — было делом немыслимым. И первым среди равных был командир — Владимир Александрович Хорошилов.

Кроме Героя СССР он был награжден двумя орденами. Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденом Александра Невского, тремя орденами Красной Звезды и многочисленными медалями.

После войны окончил Военно-воздушную академию им. Ю. А. Гагарина, продолжал службу в Советской Армии. Работал в Киеве.

В 1970 г. уволился в запас. Умер Владимир Александрович в 1988 году, похоронен в Киеве на Байковом кладбище.

Александра Поляк
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 05.08.2020, 08:15 Вверх   #108
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию

Стремящийся к совершенству.

- Именно так переводится с латыни термин «перфекционист». То есть – человек, делающий любое дело с максимальной ответственностью и качеством. Именно этим отличаются буквально все публикации историка, краеведа, журналиста и недурного, ироничного беллетриста и поэта Олега Губаря. От объемистых, фундаментальных монографий – до портретных очерков, собраний старинных курьезов и исторических анекдотов, воспоминаний, или даже текстов с его страницы на «Фейсбуке». Удостоверяю личным опытом: перепроверять любую информацию, опубликованную Губарем - бессмысленное занятие. Сведения «от Губаря» столь же надежны и достоверны, как ссылка на «Британскую энциклопедию» или словарь «Лярусс»…
И за этим стоят долгие годы кропотливейшей работы в научных библиотеках и архивах, поиски крупиц истины, при помощи которых Олег Иосифович, по его собственному выражению. «складывает пазлы истории Одессы». И – «школа» общения со старшими друзьями и коллегами по изучению одесской старины – знаменитым библиографом Виктором Семеновичем Фельдманом и краеведом Владимиром Адамовичем Чарнецким. Можно смело предположить, что у бессменного «кота ученого» нашей университетской библиотеки (как иронически называл себя сам Фельдман), Олег научился и работе с источниками, и, быть может, перенял важнейшее качество архивиста – понимание, ГДЕ нужно искать… От Чарнецкого же – воспринял живой интерес к градостроительной истории Одессы.
Губарь полагает, что историю в ее краеведческом аспекте можно писать разными методами. В качестве «печки», от которой начинаешь «плясать» – можно использовать отдельные дома с их историей, или улицы, как любят это делать экскурсоводы. Описывать биографии тех или иных деятелей, развлекая обывателей любопытными подробностями и перипетиями судеб. Заметим, что сам Олег отдал дань всем этим методикам и подходам, популяризуя и делая доступным читателю живое прошлое нашего города в его ярких проявлениях и забавных казусах.
Скрытый текст:
Его многочисленные газетные публикации, а потом и книги в стиле «Ста вопросов за Одессу» и «Энциклопедии забытых одесситов» несут в себе массу буквально по крупице собранных черточек быта старой Одессы – и дотошные расследования того, чем и как торговали лавки наших далеких предков, и какими были самые, казалось бы, простые предметы их обихода – вплоть до бутылок и мерных кружек из питейных заведений… Сколько стоил фунт говядины и кружка пива, какое вино пили во времена Пушкина, как покупали чай да кофе… Материальная, предметная история органично переплетается с очерками быта и нравов, портретами любопытных личностей… Словом – постепенно вырисовывается некая мозаика, позволяющая наглядно увидеть жизнь в годы далекого прошлого. Жизнь реальных людей в конкретный исторический промежуток с его неповторимыми приметами и особенностями.
И, что весьма важно, краевед постепенно эволюционировал в нем в серьезного историка, причем – избравшего далеко не самый легкий и проторенный путь. За последние годы Губарем была проделана буквально титаническая работа. Им выпущена огромная монография «Первые кладбища Одессы», позволяющая узнать очень многое о людях, живших и упокоившихся в нашем городе, о его демографии и этнической составляющей. Поистине фундаментальный труд, потребовавший колоссальных архивных изысканий…
Труд его жизни.
По мнению самого автора, весьма строго относящегося к своим опусам, именно эта книга и та, что готовится к выпуску, и станут его главным делом, тем, что сможет послужить потомкам.
Ведь уже находится в процессе верстки еще одна, не менее объемистая и поистине знаковая для истории города монография. «История градостроения Одессы». В ней автор рассматривает по существу, всю эволюцию нашего города как единого организма, как системы, подходя с точки зрения застройки. Зарождение и трансформация улиц, районов и предместий, таких, как, скажем, всем известные Молдаванка и Пересыпь, и вовсе забытая Арнаутская слобода. Кстати, первая «этническая слобода», возникшая еще до Молдаванской и Слободки-Романовки, где селились арнауты – крещеные албанцы, и греки, от которой и остались нам Большая и Малая Арнаутские улицы.
Первые планы Одессы – и их реализация, порой, весьма отличная от первоначальной задумки. История площадей и городских базаров. Топонимика – названия улиц и переулков, среди которых, по мнению Губаря, одного из деятельных членов историко-топонимической комиссии Горсовета, не было ни одного случайного. Ведь даже первая «именная улица», Ланжероновская, была названа в честь приемника и сподвижника Ришелье, графа Ланжерона, сначала жившего на ней неподалеку от угла будущей Пушкинской, а потом – купившего дом на углу Гаванной у дочери бравого генерала Попандопуло… А другие названия улиц – прекрасно отражают историю заселения города разными народами. Достаточно вспомнит все наши Еврейские и Болгарские улицы да Лютеранские переулки…
Буквально море аспектов, тем и подтем – начало застройки и ее трансформация с годами, городские коммуникации, водоснабжение, канализация, катакомбы… Экономическая составляющая, менявшиеся в разные времена законодательная и юридическая база, градостроительные правила и управленческая система – имперская, губернская и местного самоуправления…
Налоговая система, таможенные сборы… Одним словом, уже по краткому рассказу автора, понимаешь: градостроительный подход по существу, даст нам полноценную и объемную историю города как живой, эволюционировавшей в пространстве и времени системы. Причем и в экономическом, и в социальном, и этническом смысле. И более того, позволит взглянуть через прошлое – в будущее, увидев вечные тенденции развития и перспективы нашего города. Его слабые и сильные стороны, его уникальность и уязвимость…
«Проклятые вопросы».
Ведь Одесса была действительно уникальным городом-проектом, созданным и реализованным за кратчайший исторический отрезок времени. Причем проект этот был целевым – город-порт на крайне выгодном месте, призванный стать торговым форпостом империи на юге, на ключевой точке торговых путей. Именно поэтому Губарь считает одним из самых вредных «расхожих мифов об Одессе» миф о том, что режим порто-франко, дескать, полностью освобождал товары от ввозной пошлины. Да нет же, негодует он, их всего лишь снижали! Ведь основой городского бюджета как раз и были доходы от таможни да портовые сборы, и составляли они его 75 процентов! Остальные же – были скрупулезно подсчитаны еще Ришелье, и поступали в городскую казну от налога на недвижимость, поземельных сборов…
Право, видя эти цифры – понимаешь, сколь актуальным бывает знание истории. Только вдумайтесь: город, на 75% живший за счет доходов от таможни, порта да мореплавания, в последние десятилетия – практически напрочь их лишен! Город, сотворенный как морской и торговый центр Юга страны, построенный буквально вокруг порта, выросший из него, живший для него и от него, превратился, по образному сравнению Олега Иосифовича, в живой организм, чьи органы отключены от него, а кровь – постоянно высасывается. Причем иные органы – удалены и проданы. Достаточно вспомнить наше Черноморское пароходство, с которым еще двадцать лет назад прямо или косвенно был связан каждый третий одессит. Буквально расточенное и растащенное по кускам крупнейшее в мире пароходство! Да еще – центр и возмущается тому, что приходится предоставлять Одессе дотации… Городу, из которого буквально откачивают доходы, изначально составлявшие основу основ его существования! Согласитесь, большего нонсенса и вопиющей несправедливости придумать просто нельзя.
Да и проблемы архитектурного наследия весьма непросты. Мы часто негодуем на частных владельцев памятников архитектуры, забывая о том, что порой они…владеют лишь помещениями в них, сами же дома, их «коробки» - все равно принадлежат городу. В результате – инвестор опасается вкладывать деньги, а муниципалитет – их просто не имеет. И…очередной шедевр рушится. Что же делать? – Да уж если продавать достопримечательности - то хоть за копейку или рубль, но – в полновластное владение. «На корню», но с драконовскими условиями полного восстановления в историческом виде и сохранения функций. Дать права и одновременно нагрузить обязанностями, но настоящего, полноправного владельца, причем так, чтобы чиновники не могли на этом «пастись».
А в результате подобного положения дел – на вопрос, видит ли он хоть какой-то позитив в городской архитектуре за последние десятилетия, Олег Иосифович смог назвать всего лишь… один комплекс и два объекта. Возобновленную Екатерининскую площадь с монументом императрице и основателями города, причем – учитывая и вполне органичный и обоснованный перенос памятника потемкинцам на Таможенную. Воссозданный в первозданном виде старинный домик с аптекой на углу Пастера и Ольгиевской, да новодел-копию домика Дерибаса – на углу Гаванной. Согласитесь, не маловато ли для такого города, как Одесса?!
С Губарем можно часами говорить об истории Одессы, всякий раз черпая что-то новое из безбрежного кладезя его познаний. Причем, зачастую это «старое-новое» позволяет совсем по-иному взглянуть и на нынешний день. К примеру, весьма поучительны раскопанные им в архивных делах да пожелтевших газетах истории о торговле «живым товаром» в старые времена. Ведь вопреки расхожему мнению, «зловещие похищения» невинных дев с последующей продажей в гаремы похотливых беев и заморские бордели, были крайне редки. В основном же , тогдашних «роксолан»…вербовали в провинции на «выгодную работу за рубежом» в качестве нянь или прислуги. Притом, выдавали солидные авансы, покупали гардероб, а уж потом, увезя за кордон, - вынуждали расплачиваться, выкупая себя из кабалы специфическим трудом. Или, заключали фиктивные браки, перепродавая в мусульманских странах владельцам гаремов. Согласитесь, ничего в нашем мире не меняется!
Но каков же он сам, Олег Губарь, «чем он дышит», говоря по-одесски? Попытаюсь хоть отдельными штрихами обрисовать этого весьма неординарного человека.
«Одессит высшей пробы».
Да, этого человека – одессита в шестом поколении, чья родословная по материнской линии в истории Одессы прослеживается со времен Ланжерона, а по отцовской – примерно с 40-х годов ХiХ века, трудно представить жителем другого города. Как и сама Одесса, он буквально соткан из эклектичных, но в то же время, абсолютно органичных противоречий. Геолог по образованию, Олег большую часть жизни занимается археологией, журналистикой, краеведением и историей. Истинный интеллектуал и интеллигент – внешне напоминает скорее лихого конокрада, и вполне мог бы сыграть героя авантюрно-плутовского романа…
Весьма общительный и компанейский человек, никогда не чуравшийся веселых застолий и общества прекрасных дам, он ухитряется всю жизнь упорно и методично работать в архивах и библиотеках, собирая по каратам и унциям драгоценную информацию о прошлом города. И не просто собирает как скупой рыцарь или компилятор, но осмысливает и систематизирует ее, находя новые аспекты истории Одессы, если угодно – вырабатывая свою философию бытия города в его развитии.
Любя и азартно собирая всяческие раритеты, связанные с Одессой, он абсолютно лишен коллекционерской алчности, зачастую превращающей обладателей редкостей и реликвий в форменных плюшкиных, а то и алчных барыг. И – с легкостью раздаривает друзьям предметы, порой имеющие отнюдь не только историческую ценность.
Всегда весьма демократично одетый в вечные потертые джинсы да ковбойки с незамысловатыми свитерками, он, тем не менее, элегантен и пользуется бурным успехом у женщин, чувствующих настоящего мужчину на расстоянии. И даже его неизменная палочка, несущая, увы, смысл сугубо функциональный, смотрится в его руках словно трость отпетого денди.
Весьма терпимый, ироничный и доброжелательный, он мгновенно вспыхивает, видя хамство или слыша поверхностные, амбициозно- дилетантские суждения об истории Одессы. Будучи человеком аполитичным и миролюбивым – на дух не терпит агрессивной ксенофобии и ложного «патриотизма». И горе тому, кто попадет под его острое словно жало перо или – даже на не менее острый язык прирожденного сатирика.
Прекрасно понимающий, сколько он сделал для воссоздания истинного облика «Той Одессы», Губарь напрочь лишен самодовольства и фанаберии иных «корифеев». И более того – умеет посмеяться над собой. О чем, кстати, свидетельствуют его безумно смешные юмористические рассказы и воспоминания о былых «подвигах» на фронтах сражений с Бахусом… И не без самоиронии относится к многочисленным наградам и званиям, вполне заслуженно полученным им за труды и книги.
Порой он не по годам эпатажен, то основывая «клуб городских сумасшедших», объединяющий таких же как он чудаков-энтузиастов, занимающихся напрочь не прибыльными и обременительными делами в стиле раскопок в самом центре города. То – становится одним из инициаторов сотворения пресловутой «тени Пушкина» на углу Дерибасовской и Ришельевской, вызвавшей бурные дебаты… Но в этом он весь!
А еще – успешный краевед и писатель, автор полутора десятка пользующихся неизменным спросом книг, он не нажил ни состояния, ни «палат каменных», обитая в весьма скромной квартирке, где даже кухни-то толком нет, и в далеко не самом престижном районе… Но зато, он независим от сильных мира сего и сиюминутных поветрий, позволяя себе высокую роскошь иметь свои убеждения и не бояться их высказывать.
В последнее время, ведя постоянную, изнурительную борьбу с тяжелейшей болезнью, он не только не жалуется на жизнь, но еще и умудряется по-прежнему интенсивно и продуктивно работать над книгами. И сохраняет свой иронический оптимизм, все так же смеясь над нелепостями мира и над самим собой.
Но, что самое главное, считает себя счастливым человеком, говоря: «Я занимаюсь тем, к чему лежит душа. Жить свободно, по движению души – и в любви, и в дружбе, это самое большое счастье». А недругам – с достоинством истинного стоика отвечает на нападки: « Я…спокоен, совершенно счастлив, смело и весело могу смотреть людям в глаза. Сделанное останется, оно разлито в пространстве, и это невозможно оболгать или переменить».
Что к этому можно добавить? Лишь то, что мы уверены: Горсовет примет единственно верное в этом случае решение о присвоении звания «Почетного гражданина Одессы» Олегу Губарю. И более того, надеемся, что кроме весьма умеренных льгот в стиле небольшой прибавки к пенсии да бесплатного проезда в городском транспорте (кроме маршрутных такси!), власти постараются и хоть немного улучшить жилищные условия истинного патриота города, внесшего в его историю поистине неоценимый, уникальный вклад. Право, это самое малое, что может сделать Одесса для своего бескорыстного и преданного летописца.

Игорь Плисюк
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 06.09.2020, 22:34 Вверх   #109
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию

Настоящая фамилия вовсе не Утёсов, а Вайсбейн, а имя — не Леонид, а Лейзер, по-домашнему — Ледечка. Отец будущей знаменитости — тишайший и боязливый Осип Калманович — служил экспедитором Одесского порта за жалованье, которое его супруга считала «прямо-таки смешным». Настоящей главой семьи, безусловно, была Малка Моисеевна — дама неустрашимая, решительная и крутая нравом. Её не смели обсчитать даже на одесском Привозе. Каждый вечер, вернувшись со службы домой, Осип Калманович робко присаживался за стол напротив супруги. «Выкладывай», — строго говорила она. И Осип Калманович отчитывался, не упуская ни единой детали: «Так. Выхожу я утром из дома. Так. Встречаю Мирона Яковлевича. Он мне и говорит…». И так далее весь день, вплоть до благополучного возвращения домой. Его монотонный монолог время от времени прерывался жениным восклицанием: «Ай!», выражавшим, в зависимости от контекста, то возмущение, то недоверие, то иронию, то одобрение. Пятеро детей при этом сидели рядком на диване и слушали эту ежедневную нескончаемую сагу. Взрослым Утёсов в шутку сказал отцу: «В Саратове один мужчина изменил своей жене. Так что ты думаешь? Умер!». Отец грустно вздохнул: «Вот видишь, как бывает…».

По общему мнению, Ледя пошел в Малку Моисеевну. Он был зачинщиком и победителем доброй половины всех мальчишеских боёв в Одессе. К тому же у него вечно водились какие-то мелкие деньги непонятного происхождения. Родные беспокоились: сможет ли Ледя в будущем найти себе профессию, не связанную с какими-нибудь аферами, грабежами и тому подобным. Вся надежда была на училище Файга — там даже отъявленных сорванцов выводили в люди… Коммерческое училище Генриха Файга на углу Торговой и Елизаветинской знали далеко за пределами Одессы. Это было единственное в Российской империи учебное заведение, где допускалось обучать не пять, а пятьдесят процентов евреев из общего числа учеников. Просто еврей, чтобы определить своего отпрыска в училище, должен был платить и за него, и ещё за какого-нибудь русского мальчика. К Файгу съезжались русско-еврейские мальчишеские пары из Гомеля, Бердичева, Москвы и Киева. Это был настоящий Ноев ковчег. Цена на обучение была установлена умеренная, а порядки в училище — самые демократические: за всю 25-летнюю историю существования коммерческого училища Файга оттуда был отчислен один-единственный ученик. Ледечка Вайсбейн. Это был скандал на всю Одессу! Однажды преподаватель математики за какую-то провинность схватил шестиклассника Вайсбейна за ухо. Тот освободился, дёрнув кудлатой головой, встал из-за парты, подошёл к окну и зачем-то опустил глухую штору — в классе воцарилась тьма. Когда штору подняли, глаз бедняги математика заплыл, а бровь сочилась кровью. Это было слишком даже для ангельского терпения Генриха Файга.

Терять Леде было совершенно нечего. Тем же вечером, не дожидаясь материнской кары, он уехал из города с бродячим цирком некоего Бороданова, гастролировавшего по Малороссии. Его приняли в труппу как человека, способного написать афишу: никто из бородановских артистов грамоты не знал и юный Вайсбейн вызывал у них уважение своей образованностью.

Георгий Монахов

На фото: Ледя Вайсбейн (справа) — учащийся коммерческого училища Генриха Файга, 1907-1909 г.

__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 15.09.2020, 21:47 Вверх   #110
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа
Юпитер ТОФа
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 41,522
Репутация: 25742
Пол: Мужской
По умолчанию

ПОДВИГ ПРОФЕССОРА ЛОПАТТО

Август 1941 года. Одесса в кольце врагов. В один из дней ее героической обороны декан химико-технологического факультета Одесского индустриального института профессор Эдуард Ксаверьевич Лопатто был приглашен к руководству города.

– Мы знаем, что в конце Гражданской войны вы спрятали заводское оборудование, чтобы белые во время своего бегства не увезли его с собой. Ваш опыт подпольной работы может оказаться очень полезным, если Одессу придется сдать. Надо, чтобы вы остались в городе.
– Буду бороться там, где принесу больше пользы Родине и вреда ее врагам.

Это была третья война сугубо штатского человека. Лопатто родился в 1893 году в Калуге. Сын военного врача, ставшего генералом царской армии, он пошел не по военной или медицинской стезе, а решил стать химиком – окончил Калужское реальное училище, дававшее право на поступление в технические вузы, и направился в ИМТУ.

Получив в 1916 г. диплом, он сразу включился в работу по созданию новых видов взрывчатых веществ в специальной лаборатории нашего Училища. В 1917 г. его перевели на суперфосфатный завод в Виннице, работавший для Главного артиллерийского управления Русской армии: его продукция шла на изготовление взрывчатки.

При уходе белых (1920 г.) Лопатто спас от вывоза оборудование завода и вскоре стал его главным инженером. Проведя реконструкцию производства, он обеспечил победу завода на Всесоюзном конкурсе 1928 г. Спустя год он занял руководящий пост в Харькове, который тогда был столицей Украины, а в 1930 г. переехал в Одессу и стал главным инженером большого суперфосфатного завода. И в Виннице, и в Харькове, и в Одессе он думал о том, как усовершенствовать производство химических продуктов. Эту задачу он блестяще решил, разработав в 1935 г. способ непрерывного получения суперфосфата и предложив для производства серной кислоты использовать трубы взамен дорогих и сложных башен. В обоих случаях выход продукции вырос в десятки раз. По итогам этой работы он в 1938 г. защитил диссертацию, став первым доктором технических наук в Одессе. Вскоре он предложил новые технологии производства медного купороса и бордосской жидкости.

Скрытый текст:
В Одессе, параллельно с работой на заводе, Лопатто преподавал химию в Технологическом институте, а в 1935 г. стал заведующим кафедрой технологии неорганических веществ Индустриального института (ныне Одесский национальный политехнический университет), в котором организовал современные химические лаборатории. Через год он стал деканом факультета и оставался им до конца жизни. В институте он заслужил непререкаемый авторитет как преподаватель, ученый и руководитель: был генератором идей, организатором научных семинаров, участником студенческих и кафедральных встреч вне института. На вопрос: «Когда вы все успеваете?» он отвечал: «Чем больше занят – тем больше успеваешь».

Во время гражданской войны в Испании (1936-1939 гг.) он, как бывший производственник, давал рекомендации службам одесского порта по способам загрузки боеприпасами и взрывчаткой транспортных судов, отправляемых в помощь борцам против генерала Франко.

После начала Великой Отечественной войны Эдуард Ксаверьевич консультировал завод «Большевик» по выпуску взрывчатки, вместе с коллегами занимался созданием зажигательной смеси, которой наполняли бутылки для борьбы с танками, и предложил способы ее воспламенения. Вскоре он принял участие в организации выпуска гранат на «Заводе им. Г.И. Петровского», а затем стал начальником цеха этого завода. После того, как он дал согласие остаться в Одессе для подпольной работы, ему пришлось находиться дома и давать советы по производству взрывчатки только особо доверенным лицам, и только по ночам.

Во время оккупации Одессы дворянское происхождение ученого, мешавшее ему в годы Советской власти, стало помогать: таким людям захватчики доверяли больше. Ссылаясь на болезнь, он смог отказаться от работы в городской управе и не участвовать в восстановлении предприятий. Когда же его вызвал румынский губернатор оккупированных областей Украины и Молдавии, желая привлечь к отправке Одесского суперфосфатного завода в Румынию, Лопатто удалось отговорить его от этой затеи, объяснив, что заводское оборудование для вывоза придется резать на части, превратив в металлолом.

Летом 1943 г. к нему пришел советский разведчик Николай Артурович Гефт. Он – этнический немец, инженер, коренной одессит – устроился на судоремонтный завод, а потом, добившись доверия оккупантов, получил допуск в Одесский порт, где организовал подпольную группу. Присоединившись к ней, Лопатто смог добыть вещества для производства мощной взрывчатки. Он сконструировал мину, похожую на небольшой кусок угля, и у себя дома изготовил несколько штук. Оставалось лишь подбрасывать их в угольные бункеры кораблей так, чтобы они попадали в топку парохода уже после выхода в море. Это выполняли подпольщики группы Гефта.

Первой удачей стал взрыв на немецком тральщике РБ-204 близ Одессы на ходовых испытаниях после ремонта. Позже подорвались самоходная баржа «Шпрее», противолодочный корабль КТ-39, транспорт «Вессель»… Они взрывались, уйдя далеко в море, поэтому немцы никого не могли уличить в диверсии.
Весной 1944 г. Красная Армия подошла к Одессе. Немцы и румыны начали расправы с населением города. Лопатто собирались арестовать, но он вместе с сыном ушел в одесские катакомбы. Когда 10 апреля Одессу освободили, ученый вернулся домой, а на следующий день уже был в институте. После освобождения города Лопатто взялся за восстановление цеха суперфосфатного завода по производству взрывчатки и пороха, очень нужных фронту. Его завод стал первым возрожденным предприятием Одессы. В институте он вновь стал деканом и заведующим кафедрой, смог организовать занятия уже с 1 сентября 1944 г., а спустя месяц ему вручили медаль «Партизану Отечественной войны». В 1947-1948 гг. он с коллегами предложил новый способ получения серной кислоты нитрозным методом.

К сожалению, непомерные нагрузки подорвали здоровье ученого. Он начал терять зрение, но продолжал вести исследования и преподавать. Утром 15 сентября 1951 г. Эдуард Ксаверьевич скоропостижно скончался по пути на лекцию. Ему было 57 лет. Спустя несколько часов умерла его верная супруга Мария Трофимовна.

По правилам тех лет далеко не все из его героической биографии можно было обнародовать. Впервые это сделал писатель Виктор Михайлов в документальной книге о Н. Гефте «Повесть о чекисте», вышедшей в 1965 г. к 20-летию Победы. Спустя четыре года по материалам книги сняли одноименный художественный фильм. Его сын Александр Эдуардович, профессор Одесского инженерно-строительного института, говорил: «Мой отец совсем не похож на изображенного в фильме маленького щуплого профессора. Он был высоким, широкоплечим, из породы русских генералов-брусиловцев, потомственным дворянином. О его дворянстве в семье долгие годы умалчивали. Хотя об этом не забывали ”компетентные органы”».
Фильм сыграл заметную роль в восстановлении памяти об ученом-патриоте. Вскоре после его выхода на экраны Высокий переулок Одессы переименовали в улицу Лопатто. На доме, где он жил, установили мемориальную доску. В 1975 г. вышел исторический очерк В.Н. Соколова «Подвиг профессора Лопатто», а в 1991 г. – книга, написанная сыном ученого: «Э.К. Лопатто. Инженер, ученый, партизан Великой Отечественной. Одесса… Улица Лопатто». Деятельность Лопатто представлена в экспозициях Одесского историко-краеведческого музея и Музея-мемориала героической обороны Одессы.

1 мая 1945 г. в приказе Верховного Главнокомандующего впервые прозвучали имена четырех Городов-героев страны: Ленинград, Сталинград, Севастополь и Одесса. Одним из одесситов, приблизивших Победу, был выпускник нашего вуза, инженер, ученый и патриот Эдуард Ксаверьевич Лопатто.

Александр Демин, помощник президента МГТУ им. Н.Э. Баумана.
(источник: baumanec.bmstu.ru)




Скрытый текст:




__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Ответ

Теги:
деятели, жители, знаменитости, личности, одесситы

Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Настоящие одесситы HellZet Поговорим за Одессу 0 11.11.2015 17:41
Одесситы! Нужна помощь/совет! dmittrii Таки основной форум 8 10.05.2014 10:31


Часовой пояс GMT +3, время: 07:51.