Вернуться   Таки Одесский Форум > Общество > Поговорим за Одессу

Важная информация

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 03.09.2018, 08:06 Вверх   #121
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа 2017
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 34,818
Репутация: 21010
Пол: Мужской
По умолчанию

Одесские зарисовки от Андрея Рюрикова

Память.

Ефим Виссарионович Папандреу, самый старый житель Молдаванки, был не просто местной достопримечательностью, но скорее символом. Символом незыблемости, постоянства и неподвластности вихрям и эпохам, которые сменялись в последние лет сто просто с калейдоскопической скоростью.
Он целыми днями сидел посреди двора под старой акаций, с прямой спиной, опираясь жилистыми руками с грязным нестрижеными ногтями корявых пальцев, на старинную трость с костяным набалдашником, поставленную между тощих остроколенных ног.Эта трость не раз прикладывалась на спины и зады уже покойных сыновей и даже внуков. Взгляд карих глаз из-под мохнатых длинных, заползающих на глаза, бровей был суров, с некоторой хитринкой. Худое аскетическое коричневое лицо в пигментных пятнах старости было примечательно огромным мясистым носом с раздувающимися крыльями ноздрей, из которых торчали пучки волос. Одет дед Фима был в неизменный, засаленый по воротнику и карманам, серый костюм и рваные в носках матерчатые тапочки. Если вы когда-то видели необитаемый старый, отслуживший своё и заброшенный маяк на скале у ревущей морской стихии, то вам легко будет представить и всё незыблемое величие Ефима Виссарионовича на скамейке под ветвями старой акации.
- Дед, ты забыл помыть руки перед тем, как идти кушать!- кричала ему внучка-пенсионерка тетя Зоя.
- Молчи, девчонка! Я ничего не забываю! Я даже отлично помню как на горшок тебя садил и задницу подтирал!А руки не мыл, потому что кушать не хочу ещё.....Кстати, и что там ты приготовила?
-Дед, я тебе говорила уже, а ты снова забыл, что твои любимые пюре и биточки из тюлечки. Тюлечка сегодня на Привозе- это просто цимес! Хоть сырую ешь!
- Вот сейчас я таки тебя отстегаю, Зойка! Сколько раз повторять, что я ничего не забываю! Я Рыкова председателем помню! Вы уже все даже не знаете кто это такой, а я его лично помню! И даже помню, что его сняли за то, что золото в Северные Штаты отправил. Вы это помните? Вот то-то! Она мене тут за память говорит! Не успел заработать тот ювелирный завод в Одессе, а я уже там был. Конечно к золотым гешефтам председателя Совета Народных Комиссаров я отношения не имел, иначе бы сейчас не сидел здесь под ещё деда моего акацией,хе-хе. Да и что я, электрик с завода, хоть и ювелирного, мог иметь общего с этими рыковыми и троцкими? Я потом уже, в 38-м так и сказал чекисту Науму из 48-го двора на допросе, "Нюма, ну ты же меня знаешь.Какой я троцкист? Это просто Пашке моя квартирка приглянулась." А Пашка потом таки сел. В 40-м.Воровал с вагонов на Товарной. И вместо моей квартиры получил барак. Хе-хе......И я кое-что таки помню, в отличие от всех вас . А Нюму жалко, погиб в боях за Севастополь. Так что ты мене тут, Зойка, за память не говори, я всё помню. А? Что ты говоришь? Руки мыть? А зачем? Кушать? И что ты там приготовила? Мои любимые биточки из тюлечки? Всё хорошо у меня с памятью, это Вы ничего не помните......
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 10.09.2018, 08:19 Вверх   #122
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа 2017
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 34,818
Репутация: 21010
Пол: Мужской
По умолчанию

Одесские зарисовки от Андрея Рюрикова

Священный долг.

Станислав Карлович Маршлаковский, тридцатилетний мужчина с русой бородкой на худом голодном лице, подошел к зданию Офицерского собрания на углу улиц Преображенской и Кондратенко, огляделся, переминаясь в хрустящем на февральском морозе снегу стоптанными лакированными туфлями , потом решительно направился к курившему у входа поручику.
-Господин поручик, будьте любезны, где здесь расположен штаб "Отряда священного долга"?
Офицер повернулся к Маршлаковскому, быстро пробежал взглядом по старым туфлям, узеньким, потерявшим в коленях форму брючкам, худой шинели железнодорожного ведомства и потрепаному дворянскому картузу, ставшему архаичным, как и само дворянство. Поручик кисло усмехнулся:
- Вам через здание влево. Там есть вывеска с надписью.
И действительно, через дом над фасадным входом в полуподвал держался проволокой к гвоздю кусок фанеры, на котором черной краской коряво писалось " Отряд Священного Долга полковника Слюняева".
Войдя в темное прокуренное помещение, увидел посреди оного тяжелый огромный стол , за которым восседал лысоватый плотный прапорщик.
-Здрасьте. Я к господину полковнику.- неуверенно просипел Станислав Карлович.
-Его нет. Вы по какому вопросу?- поднял на вошедшего булавочки карих глаз прапорщик. Маршлаковский щёлкнул стоптанным каблуками и тут-же пожалел об этом, так-как левый каблук "уехал " в сторону ( "le diable le prend" подумал Станислав) и произнес:
- Разрешите представиться, Станислав Карлович Маршлаковский, инженер 3 класса Корпуса инженеров путей сообщения. В отставке по независящим от меня обстоятельствам. Готов служить Отечеству и желаю записаться в "Отряд священного долга" для защиты города от орд красных дикарей!
-Похвально, очень похвально! Прапорщик Яковлев, Иван Никифорович!- представился офицер и приподнявшись пожал гостю руку, затем стал по стойке "смирно", поднял указательный палец и торжественно произнес.- Осознание долга- это святое чувство, так сказать........Это долг, так сказать.....Священный, так сказать....- тут прапорщик защелкам пальцами, подбирая нужные случаю слова.
-Перед Отечеством!- помог прапорщику закончить монолог Станислав.
-Да!- облегченно согласился хозяин кабинета, достал видавший виды серый носовой платок, отёр им лоб, потом громко смачно в него высморкался, затем снова отёр им лоб и продолжил:
-Вы оружием владеете?
-Помилуйте, господиииин прапорщик!- возмущенно подскочил со стула Маршлаковский,- я дворянин!
-Понятно-понятно, Станислав Казимирович....
-Карлович.
-Что?
-Моё отчество - Карлович.
- Ах, простите. Я по долгу службы спросил об оружии.- кисло улыбнулся прапорщик Яковлев, который, ведя свой род, как и Романовы, от легендарного Андрея Кобылы, считал всю эту польскую мелкопоместную шляхту безродными выскочками.- Так, вот заполните анкетку, распишитесь тут, тут и тут, получите обмундирование, половину денежного довольствия.....
-Позвольте, Иван Никифорович, но почему половину? Я же расписался за полную сумму!
-Сколько есть, сколько есть.......дорогой мой голубчик. Скажите спасибо, что и это есть! Всё, идите, идите с Богом. И каждое утро в 9 часов являться на перекличку и получение талонов на бесплатное питание......хотя тоже не полное.......что поделать, а кому сейчас легко? Так что до завтра, батенька.....
.....Когда Маршлаковский вышел, прапорщик полез в стол, отсчитал толстыми колбасными пальцами оставшуюся половину денежного довольствия нового защитника города, положил отсчитанное в пухлое портмоне и спрятал его в карман.
- Пятьдесят седьмой сегодня.Защитнички, мать вашу,- усмехнулся офицер......
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 11.09.2018, 22:10 Вверх   #123
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа 2017
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 34,818
Репутация: 21010
Пол: Мужской
По умолчанию

От Маргариты Коробицыной (Margarita Korobitsyna)

Люблю Одессу. Пока мы не потеряли способность шутить, будем жить.
Цены кусаются , как собаки. Причём, все. От этого, как-то грустно.
Нет. Не то, чтобы полный капец. Но довольно ощутимый!
Разговоры в транспорте все интереснее. Заметьте, я не о маршрутках. Настоящая жизнь - в народном транспорте. Поднять настроение в мокром троллейбусе по дороге на работу – успех всего трудового дня.
Два чудесных колоритных одесских пенсионера:
- Ты знаешь скока мне стоит теперь мой кот?
- В месяц?
- В день!
- Боюсь спросить.
- Так и не спрашивай! Ехал бы я сейчас с тобой, если бы он не так хорошо кушал банку Черноморской килечки в день. Она опять подорожала. Я бы себе ехал на маршруточке. Так нет, этот паразит не жрет сухой корм. Морда красная (он признает тока ту, шо в томате). Поест и тут же лезет на мою кровать.
- Вот именно! Куда смотрит правительство?
- Ну не в мою кровать. Это точно. Уже я перестал жрать кильку ради него. Но не могу же я жрать сухой корм. Так я из-за них пересел в троллейбус
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 12.09.2018, 10:47 Вверх   #124
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума 2014
Рыба золотая 2017
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 28,249
Репутация: 26363
Пол: Женский
По умолчанию

Александр Бирштейн

ЕДА

– Скажите, вы любите вкусно покушать? Нет, нет, не поесть, а покушать! Не видите разницы? Тогда вы не из Одессы. Что? Одесса – провинция? Ну, так идите себе в свою столицу и не смущайте тут атмосферу. Нет, я вас никуда не посылаю. Еще!
– И вообще, откуда вы взялись такие шустрые? Из Томска? А-а, все ясно, человек живет в дикой глуши, откуда ему манеры?
– Что? Я не знаю русского языка? А на каком я с вами имею разговаривать? На суржике? Ой, вы все перепутали. Суржик – это когда папа еврей, мама армянка, а ребенок русский или, в крайнем случае, украинец.
– Зачем вы говорите, что так не бывает. Еще и голос повышаете. Ох, вы, наверное, приехали не купаться в море, а лечиться на Слободке.
– Мне самому надо лечиться? Вы таки правы. Радикулит, почки еще писают плохо… От головы? Кто сказал? Рива? А откуда вы знаете Риву? К ней приехали? Шо ж вы раньше не сказали? Я же чуть вам не нагрубил.
– Так на чем мы с вами остановились? А, вспомнил, на том, что в Одессе умные люди кушают, а во всех остальных городах глупые люди едят. Нет, я против вас теперь ничего не имею. Я даже попробую объяснить. Слушайте сюда. Вы когда к Риве приехали, что она сделала в первую очередь?
– Нет, не смейте так говорить: - Поставила еду! – Это же неуважение к хозяйке! Как правильно? Отвечаю: - Накрыла на стол! – Усвоили? Идем дальше. Что мы имели на столе?
– Рубленую селедку? Да, вы правы, там, где вас так плохо воспитывали, действительно едят. Даже хуже – жрут, извините за выражение. И там, где у вас рубленая селедка, у нас форшмак! Или гехакте-геринг! И его именно кушают!
– Извиняетесь? Значит, в вас что-то человеческое осталось. К тому же у Ривы и Пети плохой родни быть не может. Такие хорошие люди… А что еще на столе имелось? Нет, я не из любопытства. Я же вас учу и правильно говорить, и кушать…
– Как, как? Крутые яйца с печенкой и кусочками жареного сала? Скажите, а вас не тошнит говорить такое? Вот послушайте, как правильно:
– Яйца, фаршированные гехакте лебер и шкварками!
– Что такое гехакте лебер? О, это паштет из нежной телячьей печенки, отварной моркови и жареного лука… Берете крутое яйцо, режете напополам, желточек вынимаете, а вместо него гехакте лебер с куриными или гусиными шкварками…Что слюнки побежали? И правильно! Вот видите, что вы кушали?
– Уже согласны. Тогда пойдем дальше. Дальше была яичница с хрустящими хлебцами и помидорами? Ай-яй-яй! Вы же кушали маца-брей! Запомните: маца-брей – это яичница с мацой. Что такое маца? И чему вас там учат? У вас какое образование? Институт? Значит, повышенное. Учили, учили и ничему не научили.
– Рива! Рива! Какой позор! Твои гости не знают, что такое маца! Спросить у них, на что они утром положили сало?
– Готыню! Опять хрустящие хлебцы! Запомните и детям передайте: – это у вас в глуши хрустящие хлебцы! В Одессе маца и только маца! Осознали? Нет, вы таки не безнадежны. И учиться хотите? Тогда перейдем к первому.
– Итак, что вы кушали на первое? Бульон с вермишелью из курицы? Хорошо хоть слово бульон понимаете! Дядя Петя сказал? О, Петя это голова! Брат вашего мужа? Слушайте, так вы же почти родня всего двора! Как это может быть? А так, что Петя и Рива нам всем, как родные! Вы ж видите, я вместо того, чтоб идти в суд, стою с вами, уму разуму учу
– Что? Нет, что вы, я там не работаю! Не дай Бог! Я там слушаю. Какая филармония? В суде тоже есть, что послушать. Вот сейчас интересное дело о разводе идет…
– Заливное? Какое заливное? Прозрачное и, как желе? Господи, прости им, ибо не ведают! Это же холодец! Ох, Рива вас таки любит, если в такую погоду делала холодец!
– Что-что? Не только холодец? Это и мадам Берсон понятно. Надо же людей кормить по-человечески! Кто такая мадам Берсон? О, еще узнаете. Мало не покажется. Вообще, во дворе есть нормальные люди, а есть мадам Берсон. О, это та женщина!..
– Не отвлекаться? Хорошо. Мучайте меня дальше. Все равно суд без меня пройдет. А там и жизнь. А что хорошего я имел?
– Опять не отвлекаться? Что говорите на второе? Сладкое мясо с желтой кашей? Да-а…
Скажите, вы еврейка? Нет? А ваш муж? Тоже нет? А родственники? Совсем нет… А тетя Рива? Вот видите, еще не все потеряно! А кушали вы кисло-сладкое жаркое с малаем. Что такое малай? Обыкновенная мамалыга. Но так говорят только молдаване!
– Нет, молдаване – это не жители Молдаванки! Они совсем из другого места!
– Нет, на Молдаванку экскурсий не бывает. Вернее, бывает, но, обычно, в один конец. Почему? Потому что там будет полный азохен вэй. Я это вам русским языком говорю!
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Старый 13.09.2018, 07:43 Вверх   #125
Gosh@
Бессовестный
Сударь ТОФа 2017
 
Аватар для Gosh@
 
Одесса
Сообщения: 34,818
Репутация: 21010
Пол: Мужской
По умолчанию

Одесские зарисовки от Андрея Рюрикова

Звонок.

Утро. Офис. Я и секретарь Ольга. Обо всём переговорено, чай выпит. Тупо смотрю в монитор, крутя ленту сайта недвижимости. Скука смертная, как опостылевшая жена на необитаемом острове. И вдруг звонок.
-Алло, агенство недвижимости,- оживляется секретарь и почти сразу передаёт трубку офисного телефона мне.
- Добрый день, я Вас слушаю, - бросаю я в трубку.
-Здравствуйте. Мне нужна консультация. Хочу продать квартиру. На Бунина. Скажите, сколько она может стоить?
- Не думаю, что оценку Вашей квартиры можно сделать по телефону. Скажите, когда Вам будет удобно принять меня для осмотра квартиры?
-Да хоть сейчас.
-Отлично!Тогда уже через пол часа я могу быть у Вас. Назовите адрес.
- Бунина, номер дома...., во дворе слева парадная, второй этаж, квартира прямо. Таблички с номером нет.
-Ждите.Выезжаю.- я положил трубку и направился к выходу из офиса.
- Ох, какой у него баритон! Да ещё и с квартирой.....Возьми меня с собой!- мечтательно посмотрела поверх меня Оля, оказавшаяся после развода с мужем-моряком, который застукал её с любовником, в грязной коммунальной квартире на Пересыпи. Вместе с мужем, двухкомнатной квартирой на Еврейской и благополучием, исчез и любовник, не пожелавший делить постель с экс-морячкой в столь неприятных условиях, как грязный общий сортир на три семьи и буйный алкоголик Вован. Поэтому мечтательность Оли имела вполне практические цели по восстановлению утерянных позиций и привычного образа жизни.
-Сиди в офисе, Оля. На первый просмотр с покупателями обещаю взять и тебя.
Двор на Бунина встретил меня дракой котов и разрытой посреди двора ямой. Вот парадная слева, щербленная мраморная лестница, второй этаж, прямо -обитая дерматином дверь, звонок. Открывает мужчина лет пятидесяти с кругом длинных, чуть не по плечо, волос вокруг блестящей лысины, в когда-то белой майке .
-Ты кто?- уставился мутным взглядом на меня хозяин квартиры.
-Риелтор. Квартиру смотреть. Мы договарива......
-Заходи,- бросает мне хозяин и уходит по тусклому коридору вглубь квартиры.
Иду за ним, захожу в затхлую гостиную с пожелтевшими от времени обоями , посреди которой стоял круглый стол с двумя табуретками. На столе два вялых огурца, початая бутылка "Немиров", огрызок луковицы и один стакан.
-Щас исправлю,- успокоил меня мужик и через минуту вернулся со вторым стаканом, деловито посмотрел в него, отёр краем майки, налил на треть водки и протянул мне.
-Нет, что Вы, я за рулём!
-Обижаешь!- лаконично произнёс хозяин, всунул стакан мне в руки и опрокинул в себя содержимое своего.
Я тихонечко свой стакан поставил на стол.
Хозяин квартиры с минуту постоял с закрытыми глазами, потом молча уставился на меня злобным взгядом:
-Ты кто?
-Я риелтор. Мы созванивались. Скажите, может я приду в другой раз? Когда Вам будет .....легче?
-Сейчас всё исправлю.- и наполнил свой стакан наполовину,- а где твой?
-Спасибо, у меня уже налито.
Мужик снова выпил, я свой стакан поставил на стол, затем минута тягостного молчания и на меня уставились буравчики глаз башенного быка.
-Ты кто?
-Я риелтор. Мы созванивались Я зайду в следующий раз.- и направляюсь к двери.
-Стоять, с@ка!Ты что тут делаешь?- и мужик хватает со стола нож и бежит ко мне.
Хватаю руку с ножом, бъю её несколько раз о косяк двери, нож выпадает на пол, ладонью второй руки бью мужика в лоб и он летит задом обратно в комнату.
-Лежать, идиот!- кричу я хозяину квартиры и быстро несусь прочь к машине.
.........
- Ну как Он?- с надеждой смотрит на меня секретарь Оля.
- Даже не знаю что тебе сказать, Оля..........думаю, что твой сосед Вован не такая уж и плохая партия.
-Та ты что! А по голосу не скажешь! Какой баритон......
И снова звонок.
-Алло, это агентство недвижимости? Это с Бунина.Так нам Вас ждать?
-Я только что был у Вас. Вам мало?
-Были? Где?
-Бунина номер......, парадная слева, второй этаж.......
-Ах тыж чёрт возьми! Простите, вечно я путаю право и лево! Парадная справа. Мы ждём Вас.........
__________________
Здесь надо быть своим. Или не быть совсем.
Gosh@ вне форума   Ответить с цитированием
Старый 20.09.2018, 15:38 Вверх   #126
Shade69
Коренной(ая) одессит(ка)
 
Аватар для Shade69
 
Белгород
Сообщения: 2,365
Репутация: 2490
Пол: Мужской
По умолчанию

Шикардос!
__________________
R1200GS
Shade69 вне форума   Ответить с цитированием
Старый 22.09.2018, 14:11 Вверх   #127
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума 2014
Рыба золотая 2017
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 28,249
Репутация: 26363
Пол: Женский
По умолчанию

Александр Бирштейн

В ГОСТИ

- Петя, я такая больная! – сказала тетя Рива.
И дядя Петя понял, что меньшим, чем поход в гости к ее родственникам ему не отделаться.
- Может, позовем доктора Фрактман? – предпринял он обходной маневр, слабо веря в удачу.
- Ой, что эти доктора понимают? – простонала тетя Рива.
Можно было, конечно, постоять за честь советской медицины, но к чему? Да и силы расходовать зря дядя Петя не хотел. Предстояло изматывающее сражение, так что, эти самые силы следовало поберечь.
- Что же мы будем делать, Ривочка? – озабоченно спросил дядя Петя.
- Терпеть! – ответила тетя Рива с таким видом, словно терпеть ей осталось максимум полчаса.
Это уже было серьезно. С таким «заболеванием» дядя Петя сталкивался только тогда, когда надо было идти к Ривиной тетке Фане. О, это была ТА женщина!
Те, кто никогда не жил в Одессе, наверное, не поймут это жесточайшее определение – та!
Когда хотели сказать о ком-то отпетом, неисправимом и смертельно надоевшем, говорили:
- Тот …. – если речь шла о мужчине или, - Та, - когда это слово относилось к женщине. И все было ясно.
- Может, поедем на катере в Аркадию? Подышишь воздухом? – решил пойти на материальные жертвы дядя Петя. Надо, справедливости ради, отметить, что эти самые жертвы ему ничего не стоили, так как все финансовые ресурсы семьи были крепко сосредоточены в тетиривиных руках.
- Петя! Я не дойду даже до ворот! Нет, даже до дверей! – решила усугубить свое состояние тетя Рива.
- Неужели придется поехать еще и на еврейское кладбище на Слободке? – не на шутку испугался дядя Петя. И перешел в контратаку.
- Знаешь, Ривочка, я тоже что-то плохо себя чувствую!
Это уже было открытое сопротивление. Дабы пресечь его в зародыше, тетя Рива начала умирать.
- Ой, Петя, мне совсем-совсем плохо! Кажется я… - и она бессильно откинулась на подушку.
В таких трагических случаях полагалось принести Риве стакан воды и накапать в рюмочку двадцать капель валерианки. Что дядя Петя и сделал. Стремительно слабеющей рукой тетя Рива поднесла к губам валерианку и выпила. Теперь, спустя небольшое время, ей должно было, по идее, стать немного легче, и она должна была захотеть увидеться на прощание с любимой тетей.
Надо сказать, что и сама тетя Рива свою тетку на дух не переносила. Но в еврейской семье положено любить родственников. Так что поход к тете Фане, хоть раз в году, был неизбежен. Конечно, тетя Рива с удовольствием оставила бы дядю Петю дома и пошла сама, но она четко представляла себе, что скажет дорогая родственница ей в лицо, а пуще за спиной. Минимальным перлом тети Фани было бы:
- Что этот гой тебя уже бросил?
И это после тридцати пяти лет совместной и, чего греха таить, счастливой жизни.
У тети Фани были злые глаза и добрая улыбка.
- Деточка, - говорила она тете Риве, - ты так плохо выглядишь! Гораздо хуже, чем в прошлый раз… - этим она намекала, что Рива давно у нее не была, так что, изменения, произошедшие с племянницей, оказались просто разительными.
Вообще, у тети Фани для каждого родственника или знакомого находилось особое ласковое слово.
- Петя, - говорила она, - вам так идет этот галстук, как мне петля на шее!
По мнению дяди Пети, петля на шее тети Фани украсила бы ее чрезвычайно. Только мнение это приходилось тщательно скрывать. Хотя…
- Так это ж вы мне его подарили в прошлом году! – не без удовольствия ответствовал дядя Петя.
- Ох, как быстро время летит, - не смущается тетя Фаня. – Год назад он так тебе шел. А сейчас и мода изменилась, и ты сам крепко подурнел. Пьешь, наверное.
Уделив, таким образом, внимание тете Риве и дяде Пете, тетушка переходит к другим родственникам.
- Нора! – спрашивает она у следующей жертвы, - Ты такая худая стала. Может у тебя глисты?
И таким светским разговором тетушка развлекала всех жертв, попавших к ней в этот несчастный день.
Особому, причем публичному, обсуждению подвергалось все, принесенное гостями. Сама тетушка на стол ничего не ставила принципиально, кроме жидкого чая, напоминавшего всем анализы мочи, о которых она так любила поговорить за общей трапезой.
- Фира, а почему яблоки такие червивые?
- Захар, где ты выкопал такие дрековские огурцы?
- Лия, ты сэкономила на брынзе? Нет? Почему же она такая твердая?
Ну, и так далее…
Особый разговор предназначался дяде Пете и повторялся из года в год.
- Петя! Ты уже стал директором обувной фабрики?
- Нет! – отвечал терпеливый Петя.
- А, так можИт ты главный инженер? Что, тоже нет? Тогда, можИт ты начальник цеха? Опять нет? Так кто же ты такой? Мастер? Ох, не повезло нашей Ривочке! Столько лет жить с мужем, который без всякой должности! Вы не голодаете? Босые не ходите? А то я что-то смотрю, у Ривы платье то же самое, что и в позапрошлом году было. Петя, и тебе не стыдно?
Уже почти выиграв компанию по затаскиванию дяди Пети в гости, тетя Рива вдруг вспомнила все эти разговоры, и небывалое мужество вдруг проснулось в ней.
- Петя! – сказала она здоровым голосом, садясь на кровати. – А давай, действительно, поедем на катере. Только не в Аркадию, а в Лузановку!
Обалдевший от счастья дядя Петя, вдруг испугался за жену.
- Рива! Тетя Фаня тебе этого не простит!
- Плевать я на нее хотела! – почти уверенным голосом произнесла тетя Рива.
- Рива, она же будет нас проклинать на каждом углу!
- Ха, как будто она этого не делает и так!
И тетя Рива встала, как ни в чем, ни бывало. И пошла к телефону. Но тот ее опередил, залившись длинным противным звонком. И тетя Рива поняла, кто звонит.
- Рива! У вас нет денег на трамвай, чтоб навестить старую тетю?
- У нас есть деньги на трамвай, - ответила тетя Рива, - но нет никакого желания переться туда, куда нам не хочется!
- Что ты говоришь? Что ты говоришь? – запричитала тетя Фаня. Весь мир ее, построенный на порабощении ближних, начал шататься. – Как ты смеешь такое говорить? Я ж про тебя и твоего хозера такое сейчас расскажу…
- А мне плевать! – сказала тетя Рива и повесила трубку.
Она победоносно посмотрела на дядю Петю, а он сочувственно и влюблено на нее.
- Свободны! – захотели закричать они, но вместо этого просто обнялись.
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Старый 27.09.2018, 19:00 Вверх   #128
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума 2014
Рыба золотая 2017
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 28,249
Репутация: 26363
Пол: Женский
По умолчанию

Александр Бирштейн

СВОЛОЧНОЙ ДВОР

Зина со Слободки переехала во двор мадам Гоменбашен. Нет, она не в больнице лежала, а на джутовой фабрике в фабкоме трудилась. А теперь ее комсомолкой на какой-то завод назначили. Вот она и поменялась.
Как это – поменялась? Ясно как – по объявлению! В раньшие времена можно было дать объявление в газету или на Успенской угол проспект Мира узнать и меняться. Однокомнатную самостоятельную на две в коммуне… И так далее.
Вот Зина и поменялась. Чтоб к работе ближе.
Конечно, для обитателя Слободки, этого рая частных домиков, переезд на Молдаванку с ее огромными общительными дворами – это шок. Все открыто, все шумят, здороваются и по очереди пасут всех детей, если даже своих, пока, Бог не послал.
В общем, запаниковала Зина.
А тут еще выяснилось, что полдвора – евреи! Да какие полдвора, почитай, все на непонятном языке разговаривают. А раз непонятный – ясное дело, откуда к нам пришел!
Если бы Зина что-то понимала, то завопила бы:
- Азохен вэй! – и, извините за рифму, стала бы своей.
Но она только губы поджимает и идет не здороваясь.
- Агройсе пуриц! – сказал о ней мастер чебуречных дел Муртазалиев.
Однажды утром пошла Зина за водой. Не баре же, чтоб в квартирах водопровод был. Стоит колонка во дворе, поставь ведро и через пару минут полное. Вот люди к этой колонке и ходили. И воду набрать, и новости послушать. В общем, народ толпится. Глянула на это Зина и, ни к кому не обращаясь, произнесла:
- Если бы только знала, сколько тут евреев, ни за что б ни менялась!
А мадам Гоменбашен рядом стоит. Не с ведром – куда ей! – с бидончиком и отвечает:
- А до война евреев еще очень больше было!
Тут Зина возьми да и ляпни:
- Хоть что-то хорошее война дала!
Что-то люди сильно насторожились.
- Деточка, вам Гитлер привет передавал! – сказала мадам Гоменбашен.
А некоторые еще дальше пошли:
- Фашистка, - говорят, - гестаповка!
Оторопела Зина.
- Ответите! – кричит. - Я не гестаповка, а освобожденный секретарь комитета комсомола и кандидат в члены партии.
Ну, сначала хотели по-простому – ведро на голову и настучать по ведру. Но мадам Гоменбашен не позволила:
- Не трогайте! – велит. – Ви ж знаете, что бывает с дрек, когда трогают!
Люди и вняли. Стоят молча, на Зину зырят.
- Что уставились? – серчает, растерявшись, Зина.
А ей никто и не отвечает. Между собой люди гутарят, на Зину поглядывая.
- Да, надо бы в зоопарк сходить! – еврей Андрющенко говорит.
- Зачем? Ты что гиен давно не видел? – еврей Куперман возражает.
- Ну, а, зачем далеко ходить? – еврейка Петрова добавляет.
Набрала в сердцах Зина воду и домой подалась. Но для нее с тех пор во дворе тишина настала. Никто с ней не говорит. Например, сидят женщины у ворот… Скамеечки-табуретки вынесли и сидят, семечками питаются. И разговорами, конечно. Зина к ним. Сиденье свое берет, здоровается. А они – невоспитанные хамки – в ответ ни слова. Подхватят, кто, на чем сидит, и во двор. Молча!
Или веревка, например. Чтоб белье вывешивать. У каждой хозяйки, ясное дело, своя. Ссоры, конечно, бывают, когда кто-то на чужую веревку позарится. Поэтому спрашивают:
- Мадам Замберг, мадам Замберг, вы сегодня белье сохнете?
- Нет, мадам Шубова, я сегодня Привоз делаю!
- Тогда я сегодня вашу веревку поимею!
- Тольки не всю! Я кусочек тете Кате обещала…
А Зинину веревку не трогают. Представляете, как ненавидят, если даже навозом от коня Персика эту веревку ни разу не измазали. Висит никому не нужная. Обидно! Но не придерешься. Не поскандалишь, чтоб хоть так пообщаться.
Раз во двор шоколад принесли. В кусках. Ворованный, конечно. Но кто интересуется. Цена хорошая. Качество. Что еще надо? Вот и шум во дворе.
- Мадам Гоменбашен, шоколад нада?
- Мадам Гевелюк, а ви?
Услыхала Зина, кошелку наперевес:
- Мне, мне надо!
А ей, вместо шоколада, дулю. И молча.
Тогда Зина участкового Гришу призвала. Мол, воруют, спекулируют. Раньше, при вожде за такое…
Походил Гриша по двору, покурил с мужиками, к мадам Гоменбашен поднялся…
А Зина ждет. Чтоб протокол подписать. Как свидетель.
Только вышел Гриша от мадам Гоменбашен, посмотрел на Зину косо и молча за ворота пошел.
Зина так это не оставила. Помаялась еще пару месяцев и в другой двор поменялась. Там, вроде, у нее сложилось. Даже замуж вышла. За цыгана, кажется. Теперь живет… Чего ж не жить? Не все ж дворы такие сволочные, как у мадам Гоменбашен!

Добавлено через 7 минут

ДОРОГОЙ ДЮК! С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! РАДУЙ НАС, НАШИХ ДЕТЕЙ, ВНУКОВ И ДАЛЕЕ, ДАЛЕЕ...

ФАМИЛИЯ ДЮКА

Мадам Берсон пришла с бульвара не одна, а с новостью.
- Ви тут ничего не знаете, а у нашего Дюка есть фамилия!
- У нашего Дюка есть только хороший перчик. И то, если смотреть слева! – поправила ее тетя Сима.
- Сима, ты всегда смотришь только слева! Особенно на мужчин! – вступила тетя Маруся.
- Ты хочешь сказать, что я косоглазая и голодная? – обиделась тетя Сима.
Маруся именно это и хотела сказать, но решила, что до настоящего скандала еще рано, поэтому сменила тему.
- Ой, Сима, вечно ты забегаешь спереди паровоза, как какая-то недоделанная Каренина! Дай послушать, что Роза про Дюка нам вжучивать будет!
Мадам Берсон решила не обижаться, а поделиться новостью, которая ее буквально распирала. А при габаритах мадам, это было таки да опасно.
- У Дюка есть фамилия! – еще раз, но громче, сообщила она.
- А как же? – удивилась тетя Аня. – У всех есть фамилии. У тебя – Берсон, у Дюка – Дюк!
- Дюк – это не фамилия, а должность при царизме! – уела ее мадам Берсон.
- Ага, а индюк – это должность при Привозе… - как бы про себя, молвила тетя Рива.
- Шо ты вечно Дюка с индюком путаешь? Это ж разные люди! То есть, животные!
- Дюк не животное, а статуй! – встряла тетя Бетя.
- Памятник… - попытался поправить ее Герцен.
- Памятники на кладбище! – поправила, в свою очередь, Герцена тетя Аня.
Герцен поправку принял и замолчал.
- Так, какая же фамилия у вашего Дюка? – вернул разговор в русло Межбижер.
Мадам Берсон сверилась с бумажкой и гордо произнесла: - Ришелье!
- В смысле – Ришельевский? – уточнила тетя Бетя.
- Нет, просто Ришелье! – стояла на своем мадам Берсон.
- Так что, он не наш человек? – испугался Межбижер.
- И даже не член партии! – еще больше огорчил его Герцен.
- Как это? – возмутился Межбижер. – Так не бывает! Памятники не на кладбище ставят только членам партии и героям Советского Союза!
- А пушка на бульваре тоже член партии? – ехидству тети Ривы сегодня не было предела.
- Нет, она, наверное, герой… - предположил Герцен.
- А как насчет Пушкина? – пристала Маруся к Межбижеру.
Но Межбижера выручила мадам Берсон, сообщившая, что тоже видела его на бульваре. И что у Пушкина совсем не целый памятник.
- А, так, кусочек с головой! – уточнила она.
- Наверное, партвзносов не платил, вот и наказали… - специально для Межбижера уточнил Герцен.
- Нет, за это Пушкина из Одессы выгнали! – изложила свою версию тетя Рива. И тоже специально для Межбижера.
- При Пушкине партии не было! – напрягся и вспомнил Межбижер.
- А при Дюке?
- А кто такой ваш Дюк, чтоб при нем целая партия была?
- Раз партии не было, значит, некому было решать за памятник! А он стоит…
Тут уж Межбижеру крыть было нечем. Но он еще трепыхался.
- Ну, и какой подвиг совершил ваш Дюк? – подковырнул он Герцена.
- А вы не знаете? – стал собираться с мыслями Герцен.
- Понятия не имею! – пер, как на буфет, Межбижер.
- А вот это – большая политическая ошибка! – посуровел Герцен. – Я бы даже сказал: - Чреватая…
Межбижер испугался, поэтому сделал морду, что его осенило.
- А-а, Ришельевич? Так это же герой гражданской войны!
Тетя Маруся представила себе Дюка в бурке и папахе и тихо обрадовалась.
Все, как всегда, испортила тетя Аня.
- А почему тогда его переименовали? – спросила она.
- Кого переименовали? – не понял Герцен.
- А этого Ришельевского?
- Как это переименовали?
- А так: была улица Ришельевская, а стала Ленина!
Тут уж крыть было нечем. И незачем. Разве что, Межбижер уточнил:
- Ленин – самый великий вождь!
- Правильно! – согласились с ним почти все присутствующие.
- И памятник у него больше, чем у Дюка в десять раз! – добавила тетя Сима.
- В двенадцать и шесть десятых! – уточнил Герцен.

Добавлено через 11 минут

БАБА МАНЯ

Работала баба Маня на мелькомбинате, и вся мишпуха была с мукой. К нам домой муку приносил папа, раз в неделю навещавший тетку. Ну, и мадам Гоменбашен, конечно. Старухи жили рядом – через двор всего. Но я о муке. О, она тогда была более, чем необходима. Пироги, торты пекли сами, не унижаясь до магазина.
- Церабкоповский торт – говорили о торте из гастронома.
Вот сейчас вспомнил сливовый штрудель с орехами от мадам Гоменбашен, и рот наполнился слюной.
Маня была мне двоюродной бабушкой, сестрой папиной мамы бабы Софы. На меня она не кричала никогда. Только рассуждала:
- Этот мальчик! Это тот мальчик! Он вырастет и станет, конечно, гицелем, я вас уверяю! А кем еще может стать мальчик, покрасивший с йодом кошку, прямо в полоску. И он имеет говорить, что это тигр. Нет, он определенно будет гицель и опозорит всю нашу семью. И что это будет? Хорошие девочки – моя Зоечка, Гришина Аллочка и Женина тоже Аллочка - никогда не выйдут замуж за приличного еврейского мальчика. Кто возьмет себе на голову девочку из семьи гицеля?
Гицелем я быть не хотел и назло Мане говорил, что буду коммунистом.
- Погромщик! – кричала Маня – но тихо! – Бандит со Слободки! Сегодня он знущается над бедной кицеле, а завтра над весь народ!
В общем, с патриотическим воспитанием у нас в семье было все в порядке.
Но это еще что! Полная политинформация случалась, когда тетя Маня встречалась с мадам Гоменбашен. Мне кажется, обе старухи ревновали меня друг к друг и поэтому дополнительно старались.
- Как тебе нравятся ихние штучки? – неизменно, при встрече спрашивала мадам Гоменбашен. Баба Маня отвечала столь же неизменным: - И не говори!
Дальше следовал подробный разбор внешней и внутренней политики партии и правительства, сдобренный такими важными словами, как провокатеры, аферисты, бандиты и халамидники.
Это, пожалуй, единственное, в чем старухи были абсолютно согласны друг с другом. Хотя, нет. Еще они единодушно считали, что меня дома плохо воспитывают и еще хуже кормят. Дай им волю… Иногда давали… Я уже говорил, что они жили по соседству, так что, попадая к одной, я автоматически навещал и другую . Чем и пользовался. На любое, с моей точки зрения, притеснение тут же заявлял, что ухожу к сопернице Что, обычно, приводило к капитуляции. Мане меня доставалось меньше, так как она работала. Соответственно, я ещё с бОльшим успехом вил из нее веревки. Попадал я к старухам довольно часто, ибо за мной надо было присматривать, причем, бдительно. Иначе, возникала неминуемая угроза для окружающих. Попав к старухам, первое время робел, но потом стал наверстывать упущенное да так, что от суда Линча меня спасал только их общий авторитет.
Например, однажды, я справедливо решил, что если, после того как затыкаешь картошкой выхлопную трубу «Победы» дяди Миши Шпринцеля машина стоит, как вкопанная, то той же картошкой можно забить и трубу дворового крана, а это избавит от умывания.
Вообще, с умыванием были проблемы, причем с детства. Дело в том, что мама брала меня в баню, находившуюся в нашем же доме. Я был дворовым мальчиком. Причем, самым младшим. Остальные ребята были, по сути, совсем дворовыми. Так что, лексикон у них был тот еще. А я оказался способным учеником, и как-то, будучи в возрасте трех лет приведен в баню, громко, с некоторым знанием дела и соответственными дворовыми выражениями, стал разбирать стати моющихся женщин. Скандал был тот еще. Больше меня в женскую баню не водили, но нелюбовь к мытью сохранилась надолго.
Вообще, дворовой общественностью было установлено и доведено до моих родителей, что выпускать меня во двор без присмотра категорически не рекомендуется.
- Только на цепи! – настаивали соседи. Так что, сбагрить меня на Молдаванку было милым делом. Тем более, что страдальцам с Жуковского надо было дать передышку. Но и на Молдаванке моя слава взошла, как на дрожжах. Это ведь я уговорил всех окрестных детей податься в пираты. Народу набралось на две бригантины. Поймали нас, между прочим, с милицией в районе Ланжерона.
Зато я отучил дворового аидише шикера Леву пИсать на дверь парадной! Я обклеил ее портретами его папаши Лазаря, которые стырил со стендов «Их разыскивает милиция».
Эх, светлое славное время, золотые минуты, когда я радостный выходил во двор, предвкушая грядущие дела и приключения, а за мной семенила баба Маня, упрашивая:
- Шурик, дай ручку!
Я снисходил, отдавал ей свою царственную руку, и мы шли себе по Молдаванке, ступая на рыжий камень дикарь привычно и осторожно, а солнце светило нам в глаза.
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Старый 29.09.2018, 20:22 Вверх   #129
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума 2014
Рыба золотая 2017
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 28,249
Репутация: 26363
Пол: Женский
По умолчанию

Александр Бирштейн

УЛОВИМЫЕ МСТИТЕЛИ

Межбижер любил ходить, держа руки за спиной. При этом мелко перебирал ногами и шаркал подошвами.
- Не ходит, а канает! – определил кто-то.
Это прижилось.
- Межбижер, скоренько канай с отсюда без нещастя! – говаривала мадам Берсон. И угрожала: - Вот сяду на тебе и мокрый место не останется!
- Мокрое место как раз останется! – не согласилась тетя Маруся.
Они даже заспорили, но проверить аргументацию экспериментальным путем не удалось, ибо Межбижер сразу сбежал.
Еще Межбижер носил парусиновый пиджак, из кармана которого торчали две-три авторучки, а их зажимы напоминали всем и каждому, что надо быть начеку.
- Мое перо всегда наготове! – гордился вслух Межбижер.
Вообще-то, пером у нас во дворе называли обыкновенный финский нож, достаточно часто служивший неоспоримым аргументом в разного рода стычках и просто грабежах.
Хотя… Поди знай, какое перо тогда было опасней. Межбижер был уверен, что его.
- Если бы ты остался в оккупации, я б тебя выдал! – сказал как-то Межбижеру дворник дядя Федя.
И двор смолчал, несмотря на то, что в войну во дворе скрывали целых три еврейских семьи. Более того, ежели, что и пропало из еврейских квартир, то искать надо было в мешках квартировавших там румын. И это правда!
В какой-то степени, и Межбижер, и дядя Федя были коллегами. Но дядя Федя стучал в органы по службе, а Межбижер, наверное, по призванию.
- Хорошенький двор! – кто-то скажет.
- Обычный! – уверю вас.
В описываемое время я был ребенком, а нет на свете более совершенного звукозаписывающего устройства, чем детские уши. Все дворовые тайны были доступны и мне, и таким же, как я.
- Что они понимают? – рассуждали взрослые. Понимать-то понимали, конечно, мало, на принимали своими локаторами все. И сердечные тайны мадам Берсон, и мат дяди Коли Стеклотаренко. Нас было много… Все это в головах перемешивалось…Смысл выражений, которыми потчевали родителей и друг друга, был нам сперва неясен. Но репрессии явно дали понять, что за словами скрывается нечто. И это нечто будоражило и требовало истины. Истина заставляла краснеть и… интересоваться еще…
Но я ж не об этом!
Вот, подумал-прикинул. А взрослые-то Межбижера опасались. Кто-то заискивал, кто-то сторонился, кто-то, как папа, демонстративно не замечал. Зато Межбижер, казалось, замечал все. И писал… Не одно сердце сжималось, наверное, когда он канал по двору с пачкой писем в руке.
Мы – мелочь пузатая – его сильно не любили. И дело не в том, что он вечно ябедничал родителям. Просто он был мишенью. И все. Пакостили по-всякому. И… это, хоть и не поощрялось, но и наказывалось не так строго, как другие проделки. До травли дело не доходило. Пока…
В середине пятидесятых влияние Межбижера как-то сильно пошатнулось. Из активиста и помощника органов он превратился в пособника. Но этого не понимал. И зря. Боком ему это вышло. А сигналом послужило то, что его донос на тетю Веру, – мать шестерых детей – которая в сердцах обматерила власть «при которой можно с голоду подохнуть», вернулся из НКВД в дворовой комитете с просьбой принять меры.
Это и было отмашкой. Стартом, что ли.
Взрослые тут были не при чем. Они, как всегда, мудро отошли в сторону и, посмеиваясь, смотрели на наши проделки. Проделки…
Началось все с консервной банки. Пустой. Логика проста. Если такую банку можно – хоть это и преследуется! – цеплять за кошкин хвост, то почему нельзя на веревочке прицепить ее к Межбижеру? На веревочке крючок из булавки. Прошел мимо, ткнулся о пиджак и цепанул. И идешь дальше. И Межбижер тоже. Со звоном кандальным. Идет и гадает: что это сзади звенит? Оглянется. А подслеповат. Тем более, мы дратву использовали, которую тырили у сапожника Ицыка. А ее почти не видно. Ну, банка валяется. Так этого добра валом… В общем, пока дотумкает, что это он звенит-звонит, море удовольствия доставит.
Но это так, развлечение. Аж пока он жаловаться не стал. Сперва родителям. Ну, его за это в уборной закрыли. Оказалось неэффективно. Уборная одна, всего на три очка, а жильцов много. Минут двадцать всего и просидел, разоряясь. Потом кто-то очередной выпустил. И зря. Межбижер по школам, где мы учились, пошел жаловаться. А откуда директору школы или, допустим, завучу знать, что есть Межбижер. Видят старик, которого обижают. И давай… Меня даже на три дня из пионеров исключили. Трагедия! Мстить, мстить и мстить! Тем более, что Межбижер взорлил. Ему-то в школах полную пазуху сочувствия насовали. Даже каких-то тимуровцев ходить за продуктами наобещали. Ну, мы тем тимуровцам и объяснили, куда идут. Осознали… А Межбижер и губу раскатал. Мечтал – сидит дома, а ему на шару авоськи с кефиром несут. Принесли… На ручку двери повесили. Так он от того кефира прямо-таки в уборной прописался. Если б только это…
Да, тут надобно сказать, что в мир выходил Межбижер в парусиновых туфлях, чищенных зубным порошком, а в уборную рысачил в калошах.
Вот, значит, попил он шаровый кефир, минут десять поблаженствовал, а потом понял, что бежать надобно. А как убежишь, ежели калоши, которые он за порогом оставлял, приклеены к полу сапожным клеем намертво? Пока он пытался не упасть, пока соображал, пока в парусиновые туфли наряжался, необходимость бежать отпала самым позорным образом.
Так эта сволочь надумала кефир на экспертизу нести. О чем и похвалялся, правда, неуверенно.
- Ну, и что там экспертиза найдет? – спросил папа.
- Пурген! – признался я. Никогда не врал родителям.
- Это колония! – испугалась мама.
- Минимум! – поддержал ее папа, но лицо его как-то сильно кривилось. Слезы сдерживал, что ли?
На экспертизу кефир не приняли, и мы вздохнули с облегчением. Мы, но не Межбижер. Он вообще дышать не мог, потому что и в окно, и в замочную скважину ему проникли дымучки-вонючки. Из кинопленки с кадрами. Ну, той, которой играют в чет-нечет.
Дым вонючий, радостные крики: - Пожар!
Полдвора интересуется…
А вон и Межбижер выскочил. В чем был. Вернее, в чем не был.
- Ну, - думаю, - сейчас концерт по заявкам посмотрим!
А он, сволочь, как заплачет. Стоит старый, тощий, маленький, полураздетый и плачет. А слезинки мелкие в морщины стекают. Как в каналы…
Жалко его стало. Но не сдаюсь.
- Крокодиловы слезы! – громко так, задиристо.
И вдруг – бац! Что это? Это! Мама! Мне! Пощечину!
Хотел я тоже заплакать, но решил подождать. Ушел на чердак, а там уж поплакал. От обиды, от несправедливости, от всего-всего, что скопилось.
А Межбижер что? Его, вроде как простили с тех пор. Нет, конечно, мадам Берсон или еще кто и послать мог. Но не дальше, чем других. И место у него в дворовых посиделках было, и о погоде, встретив кого во дворе, поговорить мог. Короче, стал, как все.
Так что, пусть нам еще спасибо скажет!
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Старый 30.09.2018, 18:54 Вверх   #130
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума 2014
Рыба золотая 2017
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 28,249
Репутация: 26363
Пол: Женский
По умолчанию

ОПЯТЬ ГОСТИ ИЗ АМЕРИКИ

Сын в Одессе.
Они в Америке.
В ресторане.
Сын играет в карты, родители что-то едят и угощают меня.
Сын чем-то владеет в Одессе и играет в карты с кем-то за дальним столом.
Они из Майами. Все.
МАТЬ: - Миша, мы, слава Богу, в таком районе Майами…
СЫН: - Мама!
МАТЬ: - Я ничего не сказала.
ОТЕЦ: - У нас бассейн.
СЫН(издали) - Папа!
ОТЕЦ: - Молчу… Миша, у нас такая квартира!
СЫН: - Папа!
МАТЬ: - Два бассейна во дворе.
СЫН: - Мама!
МАТЬ: - Я что, не могу Мише рассказать?.. У моря такой дом, такой дом…
СЫН (играя в карты, издали): - Мама!
МАТЬ (шёпотом): - Пока он не слышит. Я себе сделала подтяжку.
СЫН: - Мама! Мама!
МАТЬ: - ОН ещё слышит… Отойдём.
СЫН: - Мама, не смей.
МАТЬ: - Ещё отойдём… Я выгляжу как мой сын. Мы там пользуемся только двумя комнатами…
Остальные… Это… Мы стесняемся в них заходить.
СЫН: - Ну, мама, ну ты что!
ОТЕЦ: - Я был старшим в отделе, но я разве мог представить, что мой сын так процветает…
СЫН: - Папа, ну ты можешь…
ОТЕЦ: - Молчу… Эти рестораны, эти картины, эти друзья… Это в Одессе.
СЫН: - Папа! Мы сейчас уйдём!
МАТЬ (шёпотом): - ОН нам такую квартиру, в таком доме в Майами… Два бассейна, охрана. У папы такая машина! Такая машина… ОН уже не может задним ходом, но на ней не надо задним ходом ездить. На неё надо смотреть… А! Я смотрю и плачу…
Я вдруг спросил: - Это он всё из Одессы вам так?…
ОТЕЦ: - А откуда?
СЫН: - Михал Михалыч, не слушайте вы их.
ОТЕЦ: - Я только думаю, зачем мы там сидим? Там у нас никого… Как мы там живём?…
МАТЬ: - Нет. Он хороший мальчик. Там медицина, там страховки. Мы уже сделали, слава Богу, по две операции. У мамы вырезали, у папы вырезали. Ищем, что ещё отрезать. Всё по страховке. Он всё оплачивает. Он чудный сын.
ОТЕЦ: - Он не хочет.
СЫН: - Папа, я всё слышу.
МАТЬ (шёпотом) - Он не хочет, чтоб мы сюда приезжали. У него там дети, здесь дети… Он золотой… Он мне говорит: «Мама, я всех обеспечу, не волнуйся».
ОТЕЦ: - Там дети в университете. Здесь дети в школе. Там дети спортсмены. Здесь хулиганы. Мы с ней в бассейне. Все устроены. Там у нас пенсия. Здесь у нас друзья. Здесь ставят лучше диагноз, там лучше оперируют… Миша! Миша, чтоб ты так жил, как мы живём!
СЫН: - Всё! Михал Михалыч, я их забираю. Если захотите их видеть, мы ещё неделю будем здесь обедать. Потом я их отправлю в Майами.
- Ну, - сказал я.
- Ну, - сказал он.
- Ну, - сказал отец.
- Ну, - сказала мать.
- Ну, - сказал я…
- Ну, - сказала мать…
- Чтоб не было хуже…
И мы разошлись.
/ММ Жванецкий/
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Старый 02.10.2018, 12:21 Вверх   #131
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума 2014
Рыба золотая 2017
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 28,249
Репутация: 26363
Пол: Женский
По умолчанию

Александр Бирштейн

ПРО БРАТИСЛАВУ

Семидесятые… Нет, скорей уже восьмидесятые… Одесса. Ресторанов и кафе в Одессе валом. Есть где посидеть, потанцевать, повеселиться. Почему нет? Надо же отдохнуть рабочему или нерабочему человеку.
Эх… А ведь были тогда места, где всегда было полным полно и… не очень-то весело.
Я знаю три таких места. Кафе на стадионе «Черноморец», кафе «Олимп» на Пушкинской и ресторан «Братислава» (Бывший Юбилейный) на Дерибасовской угол Карла Маркса.
«Братислава»… Какое символическое название. Братислава… Столица Словакии. Помните? Нет? Тогда я расскажу.
Расскажу о вечере в ресторане «Братислава». Увы, я не раз и не два бывал на таких вечерах. Какие столы! Какие люди!
Обычно, «гуляла» не одна компания. Две, три… Но Одесса же маленький город! Крошечный! И все друг друга знают. Я имею в виду одесситов, а не халамидников. Но в зале ресторана халамидников не видно. А людей много. Сели за свои столы, выпили, закусили, а дальше надо идти здороваться.
Вот я сказал: «выпили, закусили»… Виноват, не сказал что и чем. Исправлюсь.
Вот, представьте себе стол, накрытый белой, крахмальной скатертью. На столе по периметру тридцать, сорок, пятьдесят кувертов. Перед каждой тарелкой колокол из крахмальной салфетки. Вдоль стола, как раз посередине стоят бутылки. Их много, и они разные. Водка Московская, Столичная, Российская. Ну, это обязательно. Коньяк украинский, молдавский и самый часто встречающийся в Одессе, почему-то, Дагестанский. Армянский коньяк, считающийся лучшим в мире, на столы попадает редко. Это, все-таки, общепит, а не дача начальства. Милихи, как у нас говорят.
Вина обычные. Сухие: Ркацители, Алиготе, Перлина степу. Из красных, обычно, болгарские. Крепленные вина тоже имеются: Портвейн 777, еще его называют Портвейн – три топорика, Вермут… Бутылки крепкого перемежают бутылки же с водой. Вода минеральная: Куяльник и лимонад. Шампанского, обычно, нет.
Закуски не разносят. Они прямо на столе. Соления, селедочка, мясное ассорти, шпроты в масле, заливное, салат оливье или столичный. Стоят блюда с пирожками. Пирожки с пылу, с жару: с картошкой, с мясом, с капустой.
Икра тоже имеется: баклажанная, кабачковая… Сыр, конечно.
Ой, забыл, наверное, что-то. Но меня дополнят. Как пить дать, дополнят.
Кстати, о пить. Гости за столом, хозяева стола, тем более. Пора и выпить. Оживление, выбор, реализация выбора и… тост. Он длинный. Я, пока о нем не буду. Еще и потому, что кто-то шустрый, выпив первую, уже декламирует с воодушевлением:
- Между первой и второй перерывчик небольшой!
Что ж, можно и по второй…
Оркестр перебирает инструменты, желающие что-то заказать, перебирают наличность. Заказывают разное. Кто «Подмосковные вечера», кто «Миллион алых роз». Танцуют… Большинство неохотно. Но раз люди играют, надо соответствовать.
Наливают по третьей, по четвертой. Кто-то пропускает, кто-то нет
Разговоры громче. Лейтмотив – а помнишь?
Помнят… Все всё помнят. Но нет времени рассказать – настал черед горячего. О-о, тут есть о чем говорить! Вареники с картошкой и шкварками, жареная камбала, котлеты по-киевски с косточкой, а на косточке манжет узорчатый, цыплята табака, шашлык, шницель, якобы по-венски. Мало? Так нате вам еще эскалоп, отбивную и люля-кебаб!
Вкусно? Ой, нет, что-то горчит. И не закричишь: «Горько!», не тот случай.
А вечер катится, как пустая бутылка по полу.
Уже почти одиннадцать. Но никто не уходит.
Оркестр затих, но собрался. И вот труба, скрипка. Остальные включаются. И горькая и родная мелодия звучит над залом, звучит и вызывает слезы у всех. Ну, почти у всех. Плачу я, плачет мама, плачет мадам Гоменбашен, родственница всех и всегда, плачут соседи, друзья, одноклассники, плачут евреи, русские, украинцы, партийные, беспартийные…
Споемте, друзья, ведь завтра в поход
Уйдем в предрассветный туман…
Все знают слова этой песни. Кто подпевает, кто просто шевелит губами. На самом деле, с любимым городом прощаются те, кто накрыл этот стол, чтоб последний раз посидеть с друзьями, близкими. Ибо друзья и близкие – это и есть наш город. А он пустеет, пустеет…
Прощай, любимый город!
Уходим завтра в море.
И ранней порой мелькнет за кормой
Знакомый платок голубой.
Тогда уезжали не в Америку, Израиль, Австралию. Тогда уезжали навсегда. Думали, что навсегда. Собственно, для многих и многих так и было…
… И берег родной целует волна,
И тихо доносит баян.
Прощай, любимый город!
Уходим завтра в море.
И ранней порой мелькнет за кормой
Знакомый платок голубой.
Щелкали фотоаппараты гебья, ведь задано было снять всех. Но на них уже не обращали внимания. Плакали…
А дальше? Дальше в полночь придет автобус «Икарус», в него погрузят бебехи и сядут сами. И вперед! Да-да, на Братиславу. Оттуда на Вену…
А дальше? Как у кого…
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Старый 09.10.2018, 11:44 Вверх   #132
Берта Соломоновна
Я в своем доме или где?!
Душа Форума 2014
Рыба золотая 2017
 
Аватар для Берта Соломоновна
 
Фонтан
Сообщения: 28,249
Репутация: 26363
Пол: Женский
По умолчанию

Александр Бирштейн

ПРИЯТНОГО АППЕТИТА, БОЯРЕ!

Вот, скажу я вам, что, так называемые, гости Одессы просто-таки насмехаются над нашим словом «кушать».
- Кушать подано! Да? – говорят они и по-официантски сгибаются в полупоклоне.
Странные люди! Такое впечатление, что они или едят, или жрут. Впрочем, одно не исключает другое.

Лично я считаю, что едят - пельмени «Русские» в столовой Церабкопа. А жрут - котлеты микояновские вместе с водкой, которую тоже жрут, в железнодорожном буфете станции Нижние Глюки.
Да, вспомнил – некоторые высокопоставленные, или желающие выглядеть таковыми, еще и питаются. В спецстоловых, спецсанаториях и прочих спец.

Но!
К нормальной еде все это отношения не имеет. Потому что, нормальная еда – это яства. А яства – это не так продукты, как душа и компания.

В Одессе готовят с душой. Поэтому, одесситы кушают.

Что?
А кто, что может.
Кто-то может икру, черную или красную, которую с кусочком коровьего масла – да-да, не сливочного, а именно коровьего! – положили в половинку крутого яйца вместо желтка. Впрочем, вместо яиц вполне проходят и половинки авокадо.

А кто-то может тюльку, слегка посоленную и уложенную на кусок черного хлеба с маслом.
Каким маслом?
Правильно!
Тюльку еще можно долго тушить в прованском масле с уксусом и пряностями.
Вкусно?
Так вкусно, что несчастные шпроты с позором уползают в свои рижские банки.

А еще из тюльки можно делать котлетки, отняв у них ненужную голову с хребтом и вываляв в кляре.

Кстати, насчет котлет. Простое, вроде, блюдо… Это я говорю, хитро улыбаясь. Потому что, на самом деле, котлеты требуют много энергии, еще больше души, а потом и хорошую компанию. Ну, насчет последней можно не беспокоиться, если просто шепнуть по большому секрету соседке, что вы собираетесь готовить, например, котлеты из индейки. Минут через пять срочно увидеться с вами захотят очень много людей. Так что, компания вам обеспечена. Даже с избытком, хотя в Одессе и не бывает компаний с избытком, разве что, этот избыток уже напился в другом месте, а к вам пришел играть дурным голосом «пестню» «Миллион алых роз», причем, зная только две первые строчки припева.
Но это частности.

Но для того, чтоб пришедшие были довольны, надо сделать эти самые котлеты. И я вам скажу, это таки хлопотно. Для котлет из индейки нужно филе индейки, ну, это и вегетарианцу несчастному понятно. Лук, перец, специи, яйца, много постного масла – это тоже ясно. Но вот, что еще: печенье типа шахматного, парочка картофелин и коровье масло. О последнем мы уже вскользь говорили, да?
Дальше? Будет и дальше.
Для начала лук. Можно кольцами и жарить до золотистости. И в сторону. Потом индейка. Режете кубиками и тоже, пока, откладываете. Ну, и картошку чистите и на кубики. Теперь черед фарша. Мясорубка готова. Вперед. Мелем мясо, мелем лук, мелем картофелины и… мелем штук пять-шесть печенюшек. Усвоили? Работайте. Что? Уже все сделали, теперь посолите, слегка поперчите, вбейте в фарш яйца и месите, месите, месите. Думаете все?
- Вигвам! – я по индейски разговариваю. Не все понимают? Тогда переведу – фиг вам! О, как языки-то похожи!
Теперь фарш надо немного поподбрасывать. Кинул – поймал, кинул – поймал. Для воздушности!
Освоили? Тогда лепим из фарша шарики размером… Нет, раз шарики, то диаметром с широкую часть куриного яйца.
И с этим справились? У-у, какие молодцы! А что такое панировочные сухари знаете?
Молодцы! Быстренько сыпьте их в тарелку!
И казанок, наполненный на четверть маслом на огонь. Пусть масло согревается.
Шарики из фарша есть, сухари есть, масло раскалилось… Можно жарить? Шиш!
Только сейчас начинается самое главное! Ну-ка внимание! Аттракцион невиданной щедрости! Свое отдаю!
Берете шарик-котлету, пальцем или ножом делаете выемку и туда суете кусочек коровьего масла! Запихали? Теперь заделайте отверстие и опустите шарик в сухари, а потом уже и в масло. И так должно быть со всеми… шариками!
Теперь аккуратно доставайте готовые котлеты из казана и кидайте новые.
Учтите! Котлет должно быть много!
__________________
Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим,получится серое настоящее…
Берта Соломоновна вне форума   Ответить с цитированием
Ответ

Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход

Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
Одесские крыши Олежка Живопись и фотография 34 14.04.2016 20:00
Одесские супермаркеты: общие вопросы Kaiser_Wilhelm_II Супермаркеты 52 01.11.2014 14:54
Одесские коммунисты хотят возродить культ личности Сталина Gloomy Wolf Политика 5 29.10.2014 09:02
Одесские миниатюры veseliymakler Поговорим за Одессу 15 10.03.2010 18:06


Часовой пояс GMT +3, время: 10:12.